Капустина Зинаида Яковлевна,
Новгородский государственный
университет им.Ярослава Мудрого,
Великий Новгород
доктор культурологии,
кандидат педагогических наук,
Zinaida Kapustina
Yaroslav-the- Wise Novgorod State University
Doctor of Culturology
E-mail: zin5355@yandex.ru
УДК 304.9
О, ЯЗЫК ОЧЕЛОВЕЧИВАЮЩИЙ, ВОСКРЕСНИ!
Аннотация: Язык человеческий феноменален, он не терпит упрощенности и опрощения, он определяет, конструирует, трансформирует реальность, управляя и направляя движение людской мысли и организуя жизнеустроение. Изучение Русского языка предполагает достойное понимание учителями его культурной миссии, и соответствующего преподавания.
Ключевые слова: Знания, компетенции, язык, смыслы человеческого бытия, духовность, этические идеации.
OH, THE LANGUAGE HUMANIZING, RISE AGAIN!
Abstract: Human language is phenomenal, it does not tolerate simplification and simplification, it defines, constructs, transforms reality, controlling and directing the movement of human thought and organizing the way of life. Learning the Russian language requires a decent understanding by teachers of its cultural mission and appropriate teaching.
Key words: Knowledge, competencies, language, meanings of human existence, spirituality, ethical ideas
Нет уверенности, что педагоги-ученые, педагоги-учителя, педагоги-практики, педагоги-психологи понимают, как важны молодому поколению истинные знания. Знания об особой природе человека, об ошибочном отнесении, причислении человека к ряду живых существ, о роли смыслов в становлении человека, о языке – главном выразителе смыслов. Без таковых знаний, позволяющих обнаруживать, находить смыслы человеческого бытия, человеческие свойства не взращиваются. Наоборот, укрепляются инстинктуальные, варварские свойства, что характерны множеству живых существ.
Пора задуматься, каким языком мы говорим с молодым поколением. Тем ли я зыком, что исполнен высокого смыслового содержания, или обессмысленным.
Молодое поколение сегодня бредет как по пустыне, где палят жаркие, испепеляющие душу разного рода информационные потоки, и трудно найти хотя бы небольшой оазис, где можно впитать мудрость истинной человеческой жизни, где открываются смыслы человеческого бытия. Молодежь по своей природе одержима поиском истины, но коль не определены со школы ориентиры, каковыми являются принципы человеческого бытия, то путь поиска становится зачастую тупиковым, неверным и даже опасным для жизни, для судьбы. Ибо в сумерках вероятностного молодые люди слепы, или ослеплены легкомыслием, преследуя лишь мелкие интересы, меркантильные потребности. Стремление быть человеком, поступать человечно не сформировалось, ибо в сущностных смыслах осталось непроясненным, неусвоенным. Язык стал расчеловечивающим, рождающим рознь, вражду, агрессию, индивидуализм, эгоизм.
Следуя старым традициям, низкопоклонствуя замыслам неких европейских просветителей, широко распространились и глубоко укоренились псевдознания-компетенции об упрощенной природе человека, об упрощенной роли языка. И в этом беда наша, в нашей гуманитаристике, и, главным образом, в педагогике, где по странной традиции и сегодня транслируются европейские ложные постулаты. Хотя у европейцев есть Мастера Науки, которые, по праву, заслуживают Памяти и должны служить базовыми ориентирами в развитии человечности в людях – Вильгельм фон Гумбольдт, Питер Бергер, Томас Лукман, Макс Хоркхаймер, Жан Бодрийяр и другие.
Сегодня мы будем говорить о Языке, его феноменальности в человеческом бытии.
Язык называют социокультурным феноменом. Хотя таковым он является лишь отчасти. Слишком мизерны сами по себе социальные и культурные ресурсы в природе языка в традиционном понимании культуры и социальности.
Широко определяются роли и функции языка. Однако ядро – акт внутренней латентно формирующейся способности целостно воспринимать ситуацию, анализировать и выдавать смысловую конструкцию в виде полного предложения в момент начала языковой активности ребенка непостижим. Смыслы улавливаются, обнаруживаются ребенком в его сознании с помощью других людей, в своем опыте, накапливаются, облекаются в словесное выражение, и в какое-то определенное время артикулируются. Это и есть начала постижения смыслов, осмысления окружающего мира, словесное их оформление. Ребенок воспроизводит не просто набор сохранившихся в памяти слов, он в языке передает свое видение мира. И это есть дар свыше. Словесное оформление смыслов – и есть то, что называем языком, и это есть связующая нить с Высшим Разумом, с Вселенной, с Космосом.
Язык соединяет людей с тонкими энергиями через посредство улавливаемых сознанием специфических смыслов. Смыслы кодируются в словах. Слова бывают разные, и разными бывают смыслы.
Одни слова выражают низменные смыслы – смыслы тварного существования, или иначе говоря, варварской жизни – жадничать, бить, убивать, воровать, устрашать, не терпеть, ненавидеть, покорять, душить, пытать, калечить, уродовать, разрушать, издеваться, относиться бесстыдно, безжалостно, бессердечно, грубо, потребительски, бессовестно, хамовито, лгать, и т.п. Это язык дикарей, варваров, варварского стиля жизни.
Если же в языке преобладают этические категории – честь, совесть, стыд, забота, ответственность, любовь, надежда, вера, мудрость, сочувствие, сострадание, умеренность, мужество, человекопочитание – это язык человеческий, человеческой жизни. В нем выражаются смыслы человеческого бытия.[1] Вне адекватного человеческому бытию языка нет, и не может быть, человека. Это важно знать всем.
Возникает вопрос: что есть знания? Сегодня идет подмена понятия знания понятием компетенции. Синонимичны ли эти понятия? Можно ли доверяться компетенциям? Возникают сомнения.
Знания есть не просто освоенный информационный ресурс, он зафиксирован в сознании жизненно важными смыслами, реализация которых помогает совершенствованию обустройства и организации человеческого бытия.
Знания о человечности (гуманитарные знания) – это должна быть единая, понятная, укоренившаяся в сознании, определяющая мировосприятие, миропонимание, мировоззрение и мироотноошения стройная система этически детерминированных смыслов.
Такие знания выступают мотивообразующей силой. Они энергетически наполнены – задают не только направленность, но содержание и формы проявления чувствам и эмоциям. Они добродетельностью определяют бытие человека, бытие гражданина – гражданственность, что являет собой особый вид отношений между людьми, противоположный варварскому, и, наконец, наличие гражданского общества.
Школьные знания должны постепенно формировать у детей четкую систему смыслов бытия человека-гражданина. И это, своего рода психологический архетип, он оказывает влияние на других людей, на их привычки, поведение, деятельность. Знания формируют особое смысловое мировосприятие, мировоззрение, отношения во всех реальностях человеческого бытия. Отсутствие таковых знаний определяет слепое функционирование личности в социальном окружении — воления, желания, потребности, интересы, привычки, стиль жизни оказываются под влиянием неких иных архитекторов, интересантов.
Именно знания позволяют видеть сложное в простом, взаимосвязь и взаимозависимость, множество причин и следствий, глубинного характера, скрытых от компетенций, от их осведомительного характера[2].
Компетенции есть информационно сложившиеся представления о сущем, не подкрепленные овладением сущностными смыслами познаваемого. Постижение сути сущего – не их стезя. Владеть информацией о сущем и Знать суть – понятия разные. Именно Знания — фактор социального и личностного изменения.
Компетентностный подход позволил упростить и опростить изучение Великого Могучего Русского Языка, что повлекло нравственную нищету и деградацию духовную.
Упрощённое изучение русского языка в школе, даёт лишь представление о его технических сторонах — морфологии, фонетике, синтаксисе, касаясь лишь относительно его содержания – лексики.
Лексика русского языка таит в себе ту великую миссию, что выполняет и должен выполнять Язык. К сожалению, это остаётся за рамками образовательного процесса.
Примитивный, формально-функциональный подход к изучению русского языку не позволяет школьникам и студентам познать величие духа русского народа, красоту души русского человека, силу и красоту русского характера, особость человека и человеческого бытия.
К тому же, не познается важнейшая функция языка (его смыслового потенциала) – конструирование идеационного содержания социальной реальности и тем самым изменение её — в доме, поселении, в регионе, стране в целом.
В пространстве этого поля действуют разные силы: разрушительные и созидательные. Побеждает тот, кто владеет нужной (актуальной) лексикой, транслирующей идеи, вдохновляющие на определенную деятельность, поступки, поведение. И хотя правда на стороне созидательных сил, но при их бездействии, победу могут одержать активно действующие, владеющие актуальной лексикой разрушители. Не теряя времени, они овладевают восприятием и далее ведут своих жертвенников в заданном, по их плану, русле мировосприятия, миропонимания, мировоззрения и мироотношений через навязывание, принуждение к использованию угодных им слов, угодного смыслового стиля языка и не только в актуальной реальности, но и внедряясь в пространство прошлого – истории – искажая, преображая ее.
Язык правильный (этическими смыслами наполненный) должен выстраивать наше так называемое ценностное сознание – нашу ментальность, наше духовное богатство. Он должен детерминировать нашу чувственность, поступки, способности и регулировать отношения.
Иными словами, именно Язык организует нашу жизнь, наше бытие, «дом нашего бытия»: как мы говорим, так и живем. В каждом слове определенный смысл — идея, которая ведет нас, руководит нами, задает команды к действию.
В связи с этим, в современных условиях наибольшую ценность должны представлять этические идеации языка, что заложены в этических категориях.
Этические категории являются ключевыми в характеристике человека, характеристике отношений, характеристике специфической организации совместной жизни людей. Они должны осознаваться как принципы. Их необходимо познавать, к ним необходимо обращаться в повседневной жизни. Ибо важно формирование осмысленного, осознанного самообладания, самодисциплины, рассудочного поведения и добродетельных отношений каждой личности и межличностных отношений на линейном уровне. Пробелы в этой части и влекут так называемый буллинг (пренебрежение, агрессия открытая или завуалированная, унижения, физическое, эмоциональное, экономическое насилие) как в среде детей, так нередко и на работе среди взрослых.
Обращаясь к человеку, мы тем самым обращаемся к его образу мира, связанному с языком. «Люди понимают друг друга не потому, что передают собеседнику знаки предметов, и даже не потому, что взаимно настраивают друг друга на точное и полное воспроизведение идентичного понятия, а потому, что взаимно затрагивают друг в друге одно и то же звено цепи чувственных представлений и начатков внутренних понятий, прикасаются к одним и тем же клавишам инструмента своего духа, благодаря чему у каждого вспыхивают в сознании соответствующие, но не тождественные смыслы. Лишь в этих пределах, допускающих широкие расхождения, люди сходятся между собой в понимании одного и того же слова». [3].
Язык состоит в тесной причинно-следственной связи с психологической, духовной и душевной (эмоциональной) организацией человека. Он имеет интенцию к гуманизации всех отношений через смыслы, заложенные в этических категориях.
И потому можно сказать, что Язык – это мера и качество человека, качество человечности.
В связи с этим, необходимо формировать полноценное — ценностно-смысловое представление о феномене Русского языка. Изучать глубоко и серьезно ядро русского языка – лексику и этические категории — как особо значимую часть лексики.
Для языковедов в образовательных структурах лексика должна стать важнейшей частью в структуре изучения языка. Именно в лексике образуются неотъемлемые принципы организации ментального, личностного и общественного опыта, как адаптивные механизмы самонастройки и самодисциплины личности.
В 1804 г. Гумбольдт писал: «Мне удалось открыть — и этой мыслью я все больше проникаюсь, — что посредством языка можно обозреть самые высшие и глубокие сферы и все многообразие мира». И это действительно так.
Сложилось мнение, согласно которому мышление занимает доминирующее положение, а язык как его «внешнее» выражение лишь сопутствует ему, не принимая притом никакого участия в формировании мысли. Гумбольдту удалось восстановить нужное равновесие между языком и мышлением. Он подошел к изначальному единству языка и мышления.
Язык, имеющий место в речи каждого человека, влияет на образ жизни, прежде всего, через смысловую обусловленность мировосприятия, мировоззрения, отношений. Одновременно Язык обусловливает функции мыслительной деятельности, потому как мысли облечены в слова. Язык обуславливает и мыслительную (духовную) силу личности. Как заметил В.Гумбольдт: «Язык есть такая форма воплощения духа и идеи, без существования которой для нас не было бы ни духа, ни идеи [4].
Язык и мышление, язык и духовная сила составляют исключительно и нераздельно одно и то же действо. А, значит, как говорим – так и мыслим, таков и духовный мир, духовная сила. И в этом тезисе фокус, точка пересечения духовного богатства и духовной нищеты. Ибо язык – то место, где пересекаются смыслы человеческого бытия и низменные, примитивные смыслы инстинктивного тварного существования. И дух народа познаётся в смысловом содержании языка. В зависимости от того, какую долю в языке составляют ценностно-смысловые категории, транслирующие этические идеации, зависит сам конструкт моделируемой социальной реальности общества.
Как точно заметил В.Гумбольдт, «достоинством» и «недостатком» нужно считать «не то, что способен выразить данный язык, а то, на что этот язык вдохновляет и к чему побуждает благодаря собственной внутренней силе». [5]. И в этом плане Слово выступает поистине субстанциальным элементом духа. Вдохновляют человека силы, именуемые такими словами как вера, надежда, любовь, долг, ненависть, забота, ответственность. Побуждают к действиям, определенному реагированию, поведению, деятельности силы, именуемые как идеи и выражаемые в них желания, стремления, интересы, потребности.
Суть вдохновения и побуждения состоит в том, какими смыслами руководствуются люди – созидательными или разрушительными, жизнесберегающими или губительными, бескорыстными или претендующими на выгоду, прибыль; эгоистичными или общественно значимыми; смыслами человеческого бытия или эффективного функционирования, тварного существования.
Постижение человеческого бытия и его толкование осуществляется в едином духовном языковом деянии. Язык выступает как форма духа. Он придаёт характерный профиль всей совокупности реалий бытия.
Соответственно, с помощью языка происходит формирование духа в многообразии всех направлений. И, при этом, язык сохраняет особую их природу и специфический характер каждого.
От языка, а точнее от смыслов, неотделимы мышление, сознание и духовность в целом. Это же касается и эмоционально-чувственной сферы -придаем чувственному функцию языкового выражения и мышления. Чувственное как бы покоряется духовному проникновению и насыщается им. Однако именно чувственность задает подлинную основу силы духа.
Язык — проводник тонкой энергии, выражение духа, благодаря языку происходит духовное преображение личности, движение от восприятия элементарных ощущений к миросозерцанию и представлению, осмыслению и пониманию.
Слово, с позиции физики, — всего лишь дуновение воздуха, но в этом дуновении таится необычайная сила, воздействующая на представления и мышление, чувственность, на воображение, на поведение.
Иногда возникает языковая бессмыслица, словоблудие, порождающие безрассудство, беспечность, безответственность, беспорядок.
Следует заметить, что язык складывается и трансформируется в меру свободы и мощи потоков действующих смыслов человеческого бытия и смыслов естественного тварного (варварского) существования.
Однако язык обладает также еще и независимым, внешним бытием, которое властно над самим человеком. Стихийно формируется некий пласт понятий, чуждых, незнакомых, которые вскоре обретают популярность. При этом, созданное воодушевление, свобода и мощь могут оказаться лишенными сущностных смыслов человеческого бытия, как и транслируемые идеации.
Ибо транслируемые идеации не всегда понятны людям. Они скорее завуалированы и понятны лишь небольшой группе лиц, коими конструируется некая новая социальная реальность.
В качестве мотивообразующих факторов часто выступают низменные смыслы, желания, потребности и эгоистичные интересы, что, безусловно, истощает истинную духовную силу человека. И происходит это через обедненный, наполненный регрессивными и даже разрушительными смыслами язык.
И как писал В. Гумбольдт: «Залогом успеха здесь может считаться мощь воздействующего на язык духовного начала вообще, а также его особенная предрасположенность к языкотворчеству — например, исключительная яркость и наглядность представлений, глубина проникновения в суть понятия, способность сразу схватить в нем самый характерный признак, живость и творческая сила воображения, влечение к правильно понятой гармонии и ритму в звуках, что в свою очередь связано с подвижностью и гибкостью голосовых органов, а также с остротой и тонкостью слуха. Помимо этого надо учитывать еще и особенности традиции, и свойства момента, который переживается народом в эпоху важных языковых преобразований, когда он находится как бы посередине своего исторического пути, между прошлым, продолжающим оказывать на него свое воздействие, и будущим, чьи ростки он в себе таит». [3].
Феноменальность духовной силы, творящейся языком, в том, что она, исходящая из глубины и полноты развития единичного человека, вершит ход мировых событий.
Духовная сила человека – в его духовном сознании, в его духовном миросозерцании, мировоззрении. Духовное сознание структурируется смыслами, бытующими во вне и обнаруживаемыми в мировосприятии через облечение их в словесную форму.
И «чем сильней и ярче самодеятельная духовная сила, следуя собственным законам и формам созерцания, проливает свой свет на мир прошедшего и будущего, каким человек обволакивает непосредственный момент своего существования, тем чище и вместе с тем разнообразнее формируется вся масса человеческих представлений». [3].
Когда в языке обретают значимое, или доминирующее место понятия, содержащие примитивные смыслы – смыслов слепого функционирования, существования на уровне узкоэгоистических интересов и потребностей, общество погружается в состояние варварства.
Нетрудно понять, что главную роль здесь всегда играет способность Мастеров овладеть изнутри (подчинить сознание) заданным языковым материалом, подчинить его своим интересам. Этой функцией занимаются архитекторы, конструирующие социальную реальность. Человеческому индивиду характерна трансцендентность, уже на самых ранних стадиях он выходит за пределы текущего смыслового момента и не успокаивается на чувственных наслаждениях. И всё это происходит, прежде всего, с помощью обнаружения новых смыслов, нового языка. Говоря о мастерах, архитекторах, полагаем, что таковыми должны быть воспитатели, педагоги, учителя и другие профессионалы.
Смыслы человеческого бытия наделены действием незаурядной духовной силы, которая не ограничивается мыследеятельностью, их действие феноменально сказывается на формировании характера личности и общества в целом.
И вновь обратимся к словам Гумбольдта: «В самом деле, то, что исходит от цельности человеческого духа, не удовлетворяется ничем, пока не возвратится снова к цельности, и характер, то есть вся совокупность внутреннего опыта, чувственности и душевного настроя, пронизывающая своими лучами внешний мир и связанная с ним через внешний опыт и ощущение, должен становиться все более явственным откровением всей полноты человеческой природы по мере того, как усиливается влияние пронизывающих его единичных устремлений. Именно в этой возрастающей близости между характером и человеческой природой вообще источник его общезначимой действенности, всего более способной возвысить человеческий род до его наивысшего достоинства.
И именно язык, это средостение, в котором, сообщая друг другу свои внешние замыслы и внутренние переживания, сближаются разнообразнейшие индивидуальности, состоит с характером в теснейшем и оживленнейшем взаимодействии.
Облагораживаясь и утончаясь, характер выравнивает и объединяет разрозненные стороны человеческого духа, придавая им, подобно тому, как это делает изобразительное искусство, цельный образ, предстающий уму законченным единством и вместе с тем каждый раз все яснее вырисовывающийся из сокровенной глубины всеми своими чертами. И именно языку с его тонкой гармонией, в деталях часто неуловимой, но пронизывающей собою всю его удивительную символическую ткань, дано воплотить в себе этот цельный образ. Действие сформировавшегося характера, правда, несравненно трудней оценить, чем плоды чисто интеллектуальных достижений, потому что оно опирается на те загадочные влияния, которые связывают одно поколение с другим».[3].
Строй мысли, который, питаясь знанием и пониманием всех доступных человеку смысловых устремлений (интеллектуальных, нравственных) гармонически преображает восприятие и характер отдельной личности или целого народа.
Утрачивая язык, выражающий смыслы (принципы, законы) человеческого бытия, язык, который озаряет извне благостное устроение жизни, люди обедняют свой дух — источается, исчезает его смысловая субстанция. Действительность переходит в простую идею и фантазию, силою которых оказывается обратное воздействие на реальность – нравственное разложение, духовная нищета, бездушие. Такие люди не оставляют места в своем свободном существовании совершенной чистоте, цельности и гармоничности, оставляют воздействующий на окружающих образец низменной, варварской людской природы.
Поэтому, чтобы оказать плодотворное и могучее влияние на прогресс всеобщей образованности, нужны не только успехи отдельных наук, но и прежде всего неослабеваемая сосредоточенность на Языке. На изучение особого класса категорий, смыслы которых образуют причинно-следственные связи, мотивы поведения человека, что необходимо каждому из нас, прежде всего, для самоопределения себя человеком, стремления и организации своей жизни по идеациям (смыслам) человеческого бытия.
Язык, очеловечивающий, воскресни! Довольно считать зазорными слова ЧЕСТЬ, ЧЕСТНОСТЬ, ДОЛГ, СОВЕСТЬ, МУДРОСТЬ, УМЕРЕННОСТЬ, ДОБРОСЕРДЕЧНОСТЬ, МИЛОСЕРДИЕ, ДОБРОТА, ДОВЕРИЕ, ВЕРА, ЛЮБОВЬ, СОСТРАДАНИЕ, ВЕЛИКОДУШИЕ, РАДУШНОСТЬ, ДОБРОПОРЯДОЧНОСТЬ, ОТВЕТСТВЕННОСТЬ, СТРЕМЛЕНИЕ – БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ! В них идеология человека, человечности. Иной идеологии и не надо.
Воскресить Могучий, Великий Русский Язык – задача всех тех, кто причастен к деятельности в сфере человек-человек, кто причастен к работе с молодым поколением.
ЛИТЕРАТУРА
- Капустина З.Я. Логика социального конструирования реальности в современной России: несостоявшееся должное, необходимое и неизбежное. Credo New> Журнал > 2025 > №2 (119) 2025.
- Copyright: Жамантикова Г. Чем отличается Знание от осведомленности? 2018. Свидетельство о публикации №218053000818.
- Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию. -М.: Прогресс,1984.с.165.
- Шпет Г. Искусство как вид знания. Избранные труды по философии культуры. — М.: Росспэн, 2007.С.347.
- Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию. -М.: Прогресс,1984. С.288; С. 329
