Погудин Юрий Александрович. ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ МАНИФЕСТ ИПОСТАСНОЙ АНТРОПОЛОГИИ И ДИАЛЕКТИЧЕСКОГО СИНТЕТИЗМА

Погудин Юрий Александрович

Онлайн-студия «Archineo.ru» (Зеленоград)

Педагог-руководитель студии

Pogudin Yuri Alexandrovich

Online studio “Archineo.ru” (Zelenograd)

Teacher-head of the studio

E-mail: yuripogudin@archineo.ru

УДК: 281.9:572:111:37.013:72.01

ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ МАНИФЕСТ ИПОСТАСНОЙ АНТРОПОЛОГИИ И ДИАЛЕКТИЧЕСКОГО СИНТЕТИЗМА

Аннотация: В манифесте раскрываются принципы общей и архитектурной педагогики на базе антропологической парадигмы христианского мировоззрения об ипостаси как уникальном творческом субъекте, созданном по образу Творца.

Ключевые слова: ипостась, образ Божий, семья, дети, творчество, синтез, диалектический синтетизм, архитектурная педагогика, «искусственный интеллект»

PEDAGOGICAL MANIFESTO OF HYPOSTATIC ANTHROPOLOGY AND DIALECTICAL SYNTHETISM

Abstract: The manifesto sets out the principles of general and architectural pedagogy based on an anthropological paradigm grounded in the Christian worldview, which understands the hypostasis as a unique creative entity created in the image of the Creator.

Keywords: hypostasis, image of God, family, children, creativity, synthesis, dialectical synthetism, architectural pedagogy, artificial intelligence

Новый век захлестывает мир очередной волной научно-технического прогресса. Тотальное внедрение «ИИ» поставило под вопрос выживаемость самобытного человеческого творчества в плавильном котле бесчисленных генеративных вариаций «контента» от искусственных систем алгоритмов.
Нейросети могут неприметно заневолить человеческое мышление в завуалированных внешней эффектностью шаблонах и стереотипах. Этого не произойдет, если архитектурная профессия не даст «искусственному интеллекту» вытеснить уникальное и творческое, воспитываемое рисунком от руки и мыслью усилие самогочеловека.
Фундаментальная парадигма обновленной архитектурной педагогики есть богооткровенная истина о человеке как ипостасном творце. Каждый человек создается Богом в уникальном творческом акте как неповторимая ипостась – образ Бога, призванный достичь Его подобия, в том числе через творчество.
Рождающая любовь и созидающее творчество связаны живым кровным смыслом: первая творит людей культуры, второе – культуру людей. Рождение детей – сотворчествоБога, дарующего в зачатии бытия каждому человеку неповторимую ипостась, – и мужа и жены, дарующих потомству индивидуальную природу в синтезе качеств душевно-телесных природ родителей. Семья есть синтез – двуединство мужа и жены и рожденное ими потомство, взращиваемое в единстве поколений.
Личностью становятся, ипостасью же являются от зачатия и во веки. Каждый человек, несмотря на любые свои изъяны и недостатки, есть уникальная и неповторимая ипостась. Ипостасность есть первоисточник оригинальности человеческих творений. Каждый человек наделён от Бога творческим даром создавать новое в социальной и культурной жизни.
Творчество рождается из тайны Бытия и рационализируемо только отчасти. Творчество исходит из источника более глубокого, чем мозг – из тайны самосознающей умом и чувствующей сердцем ипостаси, для которой мозг – инструмент, орган ума. Интеллект прагматичен и инструментален; ипостась и дух человека – источники порождающих тайн.
Настанет время, когда будут даны диалектические и культурологические формулы современным мифологиям, расцветающим или только зарождающимся. Архитектура в этом мировом потоке – одна из самых масштабных, максимально наглядных и вещественных систем. Это целокупный итог мифологического творчества эпохи, интегральный образ храма или пантеона, вмещающего то и образы тех, чему и кому служит и поклоняется человек.
Архитектура удивительным образом одновременно и самое связанное веществом, конкретикой «земли» и социально-функциональных проблем средовое «поле» – и самое абстрактное, свободное в своем формообразовании искусство. Архитектура детерминирована многоразличными факторами и максимально свободна в формотворчестве одновременно.
В мыслях и руках людей формы и действия обретают значения, связанные с глубинными ценностями. Авангардные архитектурные формы, осмысленные изнутри как творчество во Славу Божию, перестают быть случайной игрой. В стремлении к новизне в творчестве – существенная черта Божьего образа в человеке.
Создание нового стиля сопряжено с выработкой замкнутой системы правил, отличающих этот стиль ото всех иных, и предполагает развитие творческой личности внутри негибких рамок этого стиля. На этом пути важна не уникальность творческой личности, а унифицированное единство множества вариаций.
Архитектуру и искусство прошедшего столетия можно условно назвать «стилем XX века» (термин С.О. Хан-Магомедова). Но более рельефно выступает многоцветье разных творческих подходов, школ, отдельных мастеров. Долгосрочных глобальных стилистических систем, аналогичных тысячелетним стилям Античности, Средневековья и вековым стилям Нового времени, XX век не создал – и не стремился создать, но искал от них освобождения в неповторимости творческого самовыражения, порою доходящего до эпатажной и утонченной деструкции и борьбы с ценностями этики.
Традиционная классическая педагогика имеет консервативный характер сохранения и передачи накопленного за века среднестатистического опыта «художественной грамоты». Не ставится цель раскрытия творческой индивидуальности, которая либо (нередко) стирается в системе выученных правил, либо (редко) пробивается сама сквозь «асфальт» привычных схем.
Жизненно необходимо поставить во главу угла педагогики сознательно, настойчиво и методично достигаемую цель раскрытия творческой уникальности каждого ученика, каждого студента, каждого участника педагогического процесса. Усредненная «профессиональная грамота» есть огранка «алмаза» ипостасной уникальности, в которой сокрыты тайны Царствия Божия (Лк. 17:21) и духовное сокровище талантов и даров Творца Вселенной.
Форма обогащает функцию. Сосредоточенное развитие формотворческой уникальности каждого участника архитектурно-педагогического процесса не конфликтует с проектно-техническими, функциональными, социально-культурными задачами архитектуры, но направлено на общий архитектурный синтез консервативно-контекстной и новаторско-формотворческой парадигм, нахождению баланса и гармонии между ними.
Необходимо потенцировать личность свободно-конструктивной методикой формообразования – так, чтобы во внутренней непредсказуемой хаотической спонтанности завязались завязи небывалых оригинальных творений, раскрывающихся в атмосфере доверия и принятия и направляемых в русла прекрасных пропорций, стройности, меры, полноты и цельности, выраженных во многих произведениях классического искусства и архитектуры.
Для архитектурного образования на этом пути важен акцент не на мере таланта отдельных учащихся и их самообразовании, а на повышении творческого потенциала самой методикиобучения архитектурной композиции.
Ведущий принцип обновленной архитектурной пропедевтики: у слова – ключевая роль, и оно обладает порождающей силой. Поскольку любая архитектурная форма не только воспринимается органами чувств, но и описывается в словах и понятиях, она неразрывно связана с ними в нашем восприятии. В осмыслении архитектурных форм слово может приходить не только постфактум как архитектуроведческий и искусствоведческий дискурс, и быть не только «параллельным» процессу проектирования, но и быть первоисточником архитектурного творчества.
Диалектический принцип синтеза сохраняет нас от односторонности и в том отношении, что логическому конструированию архитектурной формы на вербальном уровне противостоит спонтанно-алогическое творческое начало. Их синтезом является цельный творческий процесс, сочетающий как принцип рационального, так и алогического, стихийно-интуитивного создания архитектурной формы.
Применительно к довузовской архитектурной педагогике стоит задача разбудить в детях творцов раньше, чем исполнителей. Школьные годы – благодатное время чтобы полюбить творчество в дизайне и архитектуре, прочувствовать креативный полёт, до поры до времени не стеснённый ограничениями реальной проектной практики: чтобы вступить в период вузовского обучения творчески замотивированными и эстетически подготовленными. Вместе с вузовским сосредоточением на вопросах технической разработки и реализации проектов это даст усиленные результаты.
Судьба архитектурной формы разворачивается между шаром и хаосом. Маятник архитектурной эстетики раскачивается от стиля к стилю, приводя к чередованию периодов строгих сдержанных форм и усложненных насыщенных. На смену маятниковому движению может прийти синтез – сплав противоположностей, в котором они не обесценивают друг друга, а входят во взаимодополняющий резонанс, усиливают друг друга в единовременном сравнении противоположных качеств, сопряженных в единой цельной композиции.
Диалектический синтетизм есть не унифицированная стилистическая система, задающая повторяющиеся рамки для множества творцов, но есть система проявления ипостасной уникальности, метод содействия раскрытию личностной неповторимости. Диалектический синтетизм есть не только и не столько новый стиль в ряду других стилей в архитектуре и эстетике, сколько последовательно развиваемая методическая программа активации творческой уникальности – система генерации авторских стилей, исходящая из центрального принципа ипостасной самобытности каждого творца и общественного единства как союза разных и непохожих.
Диалектическая концепция архитектурного творчества предоставляет будущему архитектору возможность овладения всей полнотой формального инструментария и наиболее полного выражения авторской ипостасной уникальности, согласованного с реалиями социальных запросов. Диалектический синтетизм предназначен стать инициатором личной творческой активности и просторным вместилищем уникальных дарований, сохраняющих свою несводимость друг на друга и мирно содружествующих.
Современная визуально-энергетическая архитектурно-художественная форма есть геометрическая форма, выразившая в себе становление энергий, развернутое в конкретном объемно-пространственном образе. Энергия синтеза и её становление есть социально-художественное событие, есть передающийся человеческой душе заряд на деятельность и созидание.

Архитектор Иван Леонидов (1902–1959). Город Солнца

ЛИТЕРАТУРА

Погудин Ю.А. Диалектическая логика и архитектурное формообразование (о применении в архитектурной пропедевтике категории синтеза в понимании А.Ф. Лосева) // Credo New. – 2022. – №4(112). – С.118-133.
Погудин Ю.А. Манифест диалектических синтетизма и архитектуры (творческое кредо архитектурно-эстетического течения) // Credo New. – 2024. – №1(115). – С.100-111.
Погудин Ю.А. Семья как синтез в контексте христианского мировоззрения и философии А.Ф. Лосева (философское эссе) // Credo New. – 2024. – №2(116). – С.141-166.
Погудин Ю.А. Триптих о человеке или учение о Богообразной ипостаси в связи с абсолютизацией земной жизни и пренатальными детоубийствами («абортами») // Credo New. – 2025. – №1(118). – С.109-143.
Погудин Ю.А. «Искусственный интеллект» и Красная книга культуры (апология этики и творчества в цифровую эпоху) // Credo New. – 2025. – №3(120). – С.123-133.

In English

The new century is sweeping the world with a new wave of scientific and technological progress. The widespread implementation of artificial intelligence threatens the survival of original human creativity, dissolving it in a melting pot of countless generative variations of algorithmically produced “content”.
A major risk is posed by neural networks, which can imperceptibly reduce human thinking to patterns and stereotypes disguised by external efficiency. This will not occur if the architectural profession does not allow artificial intelligence to displace the unique and creative effort of the human person, cultivated through hand drawing and reflective thought.
The fundamental paradigm of the renewed architectural pedagogy is the divinely revealed truth about the human being as a hypostatic creator. Each human person is created by God in a unique creative act as a singular hypostasis, an image of God, called to attain His likeness, including through creativity.
Procreative love and creative work are bound together by a living and vital connection: the former creates people of culture, while the latter creates the culture of people. The birth of children is co-creation with God, Who grants each person, at the moment of conception, a singular hypostasis, and with husband and wife, who confer upon their child an individual nature through the synthesis of their physical and spiritual qualities. The family is a synthesis: the union of husband and wife and the children born to them, raised in the unity of generations.
A person becomes a personality, but one is a hypostasis from conception and forever. Every human being, regardless of flaws and shortcomings, is a unique and singular hypostasis. Hypostatic nature is the primary source of the originality of human creations. Every person is endowed by God with the creative gift to bring something new into social and cultural life.
Creativity is born from the mystery of Being and can only be partially rationalized. It originates from a source deeper than the brain, from the mystery of the hypostasis, which becomes self-aware through the mind and feels through the heart, while the brain serves as an instrument, an organ of the mind. Intellect is pragmatic and instrumental, whereas the hypostasis and the human spirit are the sources of generative mysteries.
A time will come when dialectical and cultural formulas are also applied to modern mythologies, whether flourishing or only emerging. Within this global process, architecture constitutes one of the largest, most illustrative, and most tangible systems. It represents the cumulative result of the mythological creativity of an epoch, forming an integral image of a temple or a pantheon that contains both those whom a person serves and the images of those whom a person worships.
Architecture is remarkable in that it is simultaneously the art most bound to matter, to the concreteness of the “earth” and to socio-functional problems as an environmental field, and at the same time the most abstract art, free in form creation. It is determined by numerous factors while remaining maximally free in the creation of form.
In human thought and manual practice, forms and actions acquire meanings connected with deep values. Avant-garde architectural forms, when understood internally as creativity offered for the Glory of God, cease to be a random game. The striving for novelty in creativity reflects an essential feature of the image of God in the human being.
The creation of a new style involves the development of a closed system of rules that distinguishes it from all others and presupposes the formation of a creative personality within the rigid framework of that style. Along this path, it is not the uniqueness of the individual creator that becomes decisive, but the unified coherence of multiple variations.
The architecture and art of the past century may conditionally be described as the “style of the twentieth century” (to use S. O. Khan-Magomedov’s term). At the same time, the multicolored diversity of creative approaches, schools, and individual masters becomes especially prominent. The twentieth century did not create, nor did it seek to create, long-term global stylistic systems comparable to the millennial styles of Antiquity and the Middle Ages or the centuries-long styles of the Modern era. Instead, it pursued liberation from them through unique creative self-expression, at times reaching extremes of shocking and refined destruction and struggle against ethical values.
Traditional classical pedagogy has a conservative character aimed at preserving and transmitting the average experience of “artistic literacy” accumulated over centuries. The goal of revealing creative individuality is not explicitly pursued. As a result, individuality is either erased within a system of learned rules or, more rarely, breaks through on its own, pushing up through the asphalt of routine patterns.
It is vitally important to place at the forefront of pedagogy a consciously, persistently, and methodically pursued goal: the revelation of the creative uniqueness of each pupil, each student, and each participant in the pedagogical process. Standardized professional training is the faceting of the diamond of hypostatic uniqueness, within which are concealed the mysteries of the Kingdom of God (Luke 17:21) and the spiritual treasure of talents and gifts bestowed by the Creator of the universe.
Form enriches function. The focused development of each participant’s unique approach to form creation within the architectural pedagogical process does not contradict the design-technical, functional, or socio-cultural tasks of architecture. Rather, it is oriented toward an overall architectural synthesis of conservative-contextual and innovative paradigms, seeking balance and harmony between them.
It is necessary to develop the individual’s potential through a free and constructive methodology of form generation, so that within inner, unpredictable, and chaotic spontaneity, the buds of unprecedented original creations may emerge. These unfold within an atmosphere of trust and acceptance and are guided into channels of proportion, harmony, measure, fullness, and integrity, as expressed in numerous works of classical art and architecture.
In architectural education, it is important to focus along this path not on the degree of talent and self-education of individual students, but on enhancing the creative potential of the architectural composition teaching methodology itself.
The leading principle of renewed architectural propaedeutics lies in the decisive role of the word and its generative power. Any architectural form is not only perceived by the senses but is also articulated through words and concepts, to which it is inseparably bound in perception. In the comprehension of architectural forms, the word may function not only retrospectively, as part of architectural and art-critical discourse, nor merely in parallel with the design process, but also as a primary source of architectural creativity. Let’s formulate the fundamental principle of the updated architectural propaedeutics: The word has a leading role, and it has generative power. Since any architectural form is not only perceived by the senses, but also described in words and concepts, it is inextricably linked with them in our perception. While reflecting over architectural forms, the word can come not only afterwards as an architectural and art criticism discourse, and not only be «parallel» to the design process, but also be the primary source of architectural creativity.
The dialectical principle of synthesis guards against one-sidedness by opposing the logical construction of architectural form with a spontaneously illogical creative principle. Their synthesis constitutes an integral creative process that unites rational and spontaneous visual creation within a single architectural form.
In pre-university architectural pedagogy, the task is to awaken creators in children before executors. The school years provide a favorable period for developing a love of creativity in design and architecture and for experiencing creative flight, not yet constrained by the limitations of real design practice. This allows students to enter university education creatively motivated and aesthetically prepared, which, combined with a university focus on technical development and project implementation, yields enhanced results.
The destiny of the architectural form unfolds between order and chaos. The pendulum of architectural aesthetics swings from style to style, alternating between periods of strict restraint and complex richness. This pendular movement can be replaced by synthesis, an alloy of opposites in which they do not negate one another but enter into complementary resonance, reinforcing each other in a one–time comparison of opposite qualities combined within a single integral composition. The creative task lies in seeking each such unique architectural form in its figurative irregularity and logical coherence.
Dialectical synthetism is not a unified stylistic system that imposes repeating frameworks upon multiple creators. Rather, it is a system for revealing hypostatic uniqueness, a method that facilitates the disclosure of personal and unrepeatable nature. It is not merely another style among many in architecture and aesthetics, but a consistently developed methodological program aimed at activating creative uniqueness and generating individual styles, grounded in the principle of the hypostatic originality of each creator and social unity as a union of diverse individuals.
The dialectical concept of architectural creativity enables the future architect to master the full range of formal tools and to achieve the fullest expression of a unique creative identity in coordination with social realities and demands. Dialectical synthetism is intended to serve as both an initiator of personal creative activity and a capacious vessel for unique gifts that retain their irreducibility to one another while coexisting in harmony.
A contemporary visually energetic architectural and artistic form is a geometric form that expresses the formation of energies, unfolded within a specific three-dimensional image. The energy of synthesis and its formation constitutes a social and artistic event, a charge transmitted to the human soul, calling it toward activity and creation.

REFERENCES

Pogudin Yu. A. Dialectical Logic and Architectural Morphogenesis. On the Use in Architectural Propaedeutics of the Dialectical Category of Synthesis in the Understanding of A.F. Losev // Credo New. — 2022. — No. 4. — pp. 108-133. (in Russian)
Pogudin Yu. A. MANIFESTO OF DIALECTICAL SYNTHETISM AND ARCHITECTURE (creative credo of the architectural and aesthetic trend) // Credo New. — 2024. — No. 1. — pp. 100-111.
Pogudin Yu. A. Family as Synthesis in the Context of the Christian Worldview and the Philosophy of A.F. Losev (philosophical essay) // Credo New. — 2024. — No. 2(116). — pp. 141-166. (in Russian)
Pogudin Yu. A. Triptych about Man or the Doctrine of the God-like Hypostasis in Connection with the Absolutization of Earthly Life and Prenatal Infanticides («abortions») // Credo New. — 2025. — No. 1(118). — pp. 109-143. (in Russian)
Pogudin Yu. A. «Artificial Intelligence» and the Red Book of Culture (an apology for ethics and creativity in the digital age) // Credo New. — 2025. — No. 3(120). — pp. 123-133. (in Russian)