Иваненков Сергей Петрович. Кучукова Наталья Юрьевна. Семейная социализация и нравственное самоопределение молодежи

Иваненков Сергей Петрович

Санкт-Петербургский государственный

 институт психологии и социальной работы,

Доктор философских наук

Ivanenkov Sergey Petrovich

St. Petersburg State Institute of Psychology and Social Work

Doctor of science in philosophy

E-mail : credonew@yandex.ru

Кучукова Наталья Юрьевна,

Санкт-Петербургский государственный

 институт психологии и социальной работы,

 старший преподаватель

Kuchukova Natalia Yurievna

Saint-Petersburg State University

of Psychology and Social Work

Senior Lecturer

E-mail: motorindn@mail.ru

УДК 316.614.6

 

Семейная социализация и нравственное самоопределение молодежи

 

Аннотация. Статья посвящена анализу теоретических аспектов проблемы нравственного самоопределения современной молодежи в контексте социально-философского подхода к изучению процесса социализации. Нравственное самоопределение рассматривается как сложный социальный феномен во взаимосвязи с проблемами формирования идентичности молодого человека. Авторы характеризуют процессы нравственного самоопределения молодых людей, формирования устойчивых морально-этических установок и ценностных ориентаций, как интегральную часть процесса социализации. В статье рассматривается влияние семьи как института первичной социализации на дальнейший социализационный процесс. Обсуждаются трудности становления социальной идентичности и нравственного самоопределения у современной молодежи, возникающие в связи с несогласованностью норм и ценностей, транслируемых семьей и различными институтами вторичной социализации. Рассматриваются последствия распространения в обществе морального релятивизма и его влияния на современную молодежь.

Ключевые слова: молодежь, социализация, нравственное самоопределение, социальная идентичность

Family socialization and moral self-determination of youth

 

Abstract:The article is devoted to the analysis of theoretical aspects of the problem of moral self-determination of modern youth. The problem is considered in the context of the socio-philosophical approach to the study of the process of socialization. Moral self-determination is seen as a complex social phenomenon, which is associated with the problems of forming the identity of a young person. The authors characterize the processes of moral self-determination of young people, the formation of sustainable moral and ethical attitudes and value orientations, as an integral part of the process of socialization. The article describes the influence of the family on the process of secondary socialization. The difficulties of the formation of social identity and moral self-determination among modern youth are discussed. These difficulties arise in connection with the inconsistency of norms and values ​​that the family and various institutions of secondary socialization form. The paper considers the consequences of moral relativism in society and its Influence on modern youth.

Key words: youth, socialization, moral self-determination, social identity.

 

 

Исследование проблем нравственного самоопределения как интегральной части процесса становления социальной идентичности человека, является одним из динамично развивающихся направлений в отечественных социогуманитарных исследованиях, посвященных современной молодежи. Это обусловлено очевидной усталостью социума от морального релятивизма, наиболее деструктивные формы которого,  демонстрируют именно молодые люди, и, одновременно,  активизацией на самых разных уровнях социальной системы поиска консенсуса в отношении общезначимых нравственных норм и ценностей.

Психосоциальный статус молодого человека, определяется завершением  перехода от зависимого, социально несамостоятельного положения ребенка (подростка, юноши) к социальной зрелости и ответственности,  характерным для  взрослых людей.  Молодежь сталкивается с необходимостью освоения важнейших социальных ролей, прежде всего, профессиональных и семейных, а также решения целого ряда сложных социальных задач на основе личного выбора. От чего зависит успешность освоения ролевых моделей и продуктивность социально-ролевых отношений в различных группах? Каковы внутренние механизмы и внешние факторы, влияющие на принятие жизненно важных решений? Безусловно, первостепенное значение имеет тот опыт социализации, те специфические особенности институций, групп и отдельных субъектов внутри них, которые оказывали влияние на становление социального «я» молодого человека.  Важны объективные социализационные условия, а также спонтанные и целенаправленные  действия акторов, сказавшиеся на формировании системы ценностей, целостного представления об отношениях в обществе, частью которого субъект является, его индивидуального мировоззрения и картины будущего жизненного пути.

Социальное развитие личности является результатом влияния коллективных носителей определенных систем нравственных ценностей и этических представлений (институций, локальных социальных групп).  Принятие или отвержение коллективных установок, степень готовности к их усвоению и уровень осмысленности этого усвоения во многом определяют социальную идентичность человека, его общую направленность как субъекта социальной деятельности, а также  готовность к выполнению конкретных социальных ролей.  Как пишет Ю. Хабермас:  «Процесс формирования моей личности разворачивается в контексте традиций, которые я, как и другие люди, принимаю; на тождестве моего «я» стоит печать также и коллективных отождествлений» [10, с.14].

Закрепление в индивидуальном сознании принятой в обществе системы нравственных норм и этических установок тесно связано с процессами, механизмами и условиями социализации и являются интегральной частью становления социальной  идентичности человека.

В рамках социальной философии, социологии и психологии,  социальную идентичность личности определяют по-разному,  однако у всех имеющихся дефиниций можно найти универсальное, смыслообразующее ядро. По мнению А.В. Микляевой и П.В. Румянцевой такой центральной характеристикой социальной идентичности является осознание личностью своей включенности в жизнедеятельность разнообразных социальных групп. При этом, с точки зрения социальной психологии, человек испытывает потребность в устойчивом ощущении групповой принадлежности, без которого не может достичь внутреннего состояния психологического благополучия и одновременно утрачивает мотивацию к социальным достижениям [6].

Теоретико-методологические основы изучения социального самоопределения в отечественной науке были заложены в трудах С.Л. Рубинштейна.  Самоопределение рассматривается как постепенно разворачивающийся на протяжении жизненного пути процесс самодетерминации личности. С.Л. Рубинштейн полагал, что в самодетерминации выражается активная природа субъекта, его личностных свойств и условий бытия, через которые преломляются любые внутренние  переживания и внешние социально-средовые воздействия [8].

Глубокий анализ проблем самоопределения подростков, юношества и молодежи представлен в работах Л.И. Божович, которая акцентирует внимание на таких аспектах как направленный в будущее поиск молодым человеком жизненных смыслов и потребность выстроить устойчивую ценностно-смысловую систему. Именно в этой системе находят отражение взаимосвязанные представления о самом себе, других людях и  мире в целом.

Развивая идеи Л.С. Выготского, С.Л. Рубинштейна и Л.И. Божович,  М.Р. Гинзбург рассматривает связь жизненных смыслов (приоритетов) молодежи с ценностями, которые являются вневременными  ориентирами, связывающими человека с социумом,  культурой, историей. В процессе самоопределения молодой человек обретает вектор на достижение своего места в системе социальных отношений [2].

Наконец, с точки зрения рядя современных исследователей, А. Л. Журавлева, А. Б. Купрейченко, А.Е. Воробьевой, самоопределение следует понимать более прагматично — как поиск субъектом оптимальных моделей жизнедеятельности и отношений с другими людьми на основе системы жизненных смыслов, нормативных представлений и ценностей, сложившейся у него в результате социализации [3].

Ключевую роль в формировании социальной  идентичности человека играет отражение в индивидуальном сознании системы групповых представлений об этических нормах, ценностях и нравственных идеалах, т.е. нравственное самоопределение.  Нравственная и этико-поведенческая нормативность, закрепленная в процессе социализации и самоопределения субъекта, связывает его с общим ценностным фундаментом социума и имеет решающее значение для регуляции деятельность человека во всех сферах жизни [5].

Мы считаем, что одним из основных факторов, свидетельствующих о завершенности нравственного самоопределения как важнейшего этапа в процессе социализации личности, является принятие на себя позиции ответственности за происходящее с  собой, с обществом, и миром, в целом [4, с. 21].

Нравственные нормы в различных социальных группах, в которые включен человек часто значительно расходятся и даже составляют оппозицию.  Так, например,  некоторые нравственные нормы, принятые в  семье, могут противоречить нормативности референтных групп, не соответствовать требованиям образовательных учреждений,  а семейные ценности вступать в конфликт с ценностями, навязываемыми средствами массой информации.  Каждый молодой человек сталкивается в своей жизни с необходимостью решения сложных моральных дилемм, которые ему необходимо решить, сделав определенный нравственный выбор. Если в нескольких социальных группах, к которым он принадлежит, моральные основания для решения этих дилемм значительно отличаются, он  неизбежно будет социально дезориентирован и окажется в ситуации предельно затрудненного выбора, сопровождаемой внутриличностным конфликтом.

К наиболее сложным дилеммам с которыми сталкивается современная молодежь можно отнести вопросы о сохранении жизни будущего ребенка, допустимости супружеского предательства, обязательности помощи престарелым родственникам, терпимости к различным формам асоциального и делинквентного (противоправного) поведения.  Именно в ситуациях нравственного выбора отсутствие устойчивой социальной идентичности, и, как следствие, несформированность зрелой нравственной позиции, может оказаться фактором, крайне  деструктивно влияющим на жизнь самого молодого человека и окружающих его людей.

В современном российском обществе широкое распространение получил моральный релятивизм, который в целом влияет на формирование системы представлений о нравственности и определяет этическое сознание молодежи. Подходя к научному определению морального релятивизма необходимо  помнить, что он представляет собой сложное, многогранное социальное явление. В нашем случае важен его субъективный аспект и одновременно связь с процессами социализации и становления социальной идентичности.

Становление подлинной, внутренне непротиворечивой социальной идентичности у молодых людей, развитие чувства принадлежности к тем или иным социальным образованиям, всегда связано с  позитивной оценкой социальных групп и общностей,  к которым они принадлежат, с которыми эмоционально отождествляются. Молодежь становится носителем групповых ценностей и норм, присущих лишь тем социальным общностям, которые оцениваются ими положительно. При этом если  ценностно-нормативные установки, свойственные различным группам, в которые включены молодые люди, в целом согласуются друг с другом, у них формируется устойчивая нравственная позиция.  Если же  нормы и ценности в этих группах, значительно расходятся или даже составляют оппозицию, у молодых людей неизбежно формируется моральный релятивизм.

Суть морального релятивизма как жизненной позиции субъекта составляет не просто отрицание им существования общезначимых нравственных ценностей и обязательных этических норм,  но и  попытка «примирить» в собственном сознании  и социальном поведении ценности и нормы нескольких наиболее значимых социальных групп, в которых проходила его первичная и вторичная социализация. Это «примирение» между несовпадающими, зачастую контрастными ценностно-нормативными установками вряд ли возможно.

В социальной жизни моральный релятивизм далеко не всегда принимает крайние формы, например, цинизма или распущенности, но он обязательно приводит к противоречивости нравственной позиции, неспособности совершить осознанный нравственный выбор, «двойным стандартам» в оценке человеческих поступков и т.д. И, чем больше подобных противоречий переживает субъект, тем менее устойчивым становится его чувство и сознание принадлежности  к значимым социальным группам. Таким образом, можно предположить, что моральный релятивизм радикально нарушает сам процесс  становления социальной идентичности.

Универсальным и, вероятно, единственно возможным фактором, способным защитить современного молодого человека от дезадаптирующего воздействия морального релятивизма, является позитивный опыт первичной социализации в семье.  Согласно предложенной  П. Бергером и Т. Лукманом теории социального конструирования реальности, каждый человек проходит через две формы социализации – первичную и вторичную. Поскольку ребенок интернализирует окружающий его социальный мир, в том числе  усваивает базовые ценностно-нормативные представления, находясь в состоянии полной эмоциональной идентификации с самыми значимыми для него людьми, этот опыт оказывается наиболее значимым для дальнейшего социального становления субъекта. С тем влиянием, которое оказывает на глубинную структуру личности и ее поведенческие характеристики семейная социализации не может сравниться влияние ни  одной институции и группы, связанной с вторичной социализацией (все уровни образования, профессионализация и др.) [1].

Следует отметить, что, несмотря на принципиальные, парадигмального масштаба  различия в понимании социальной реальности между  П. Бергером и Т. Лукманом с одной стороны, и Т. Парсонсом с другой, в их теориях социализации имеются точки пересечения.

К различиям относится понимание Т. Парсонсом социализации как  предзаданного самой социальной системой нормативного стадиального процесса с жестким алгоритмом, нарушение которого неизбежно приводит к серьезным негативным последствиям и для отдельных людей, и для тех сообществ, членами которых они являются.  Социальная система, при этом одновременно и определяет этот нормативный процесс, реализуя свой базовый функциональный императив, который  Т. Парсонс называл «сохранением образца», и находится под его влиянием. Ее стабильность зависит от «чистоты»  воспроизведения  неких идеальных  моделей  социализации детей, юношества, молодежи и взрослых людей на уровне различных социальных институтов.  Однако Т. Парсонс, испытавший влияние психоаналитической теории, не мог не признавать огромной роли семейной социализации, которая закладывает фундамент «сохранения образца», поскольку именно в семье ребенок впервые получает представление о социальной структуре семьи, являющейся прототипом социальной системы [7].

В актуальном социально-философском и социологическом дискурсе вновь звучит тема особой значимости семейного опыта, но уже не только в форме первичной социализации детей, но и в качестве сквозного, сохраняющего свою значимость на всех этапах человеческой жизни, социально-коммуникационного процесса.

Практики повседневной жизни, прежде всего жизни семьи, обеспечивающей социализацию, диалогичность и, шире, полилогичность, лежащая в основе семейного  взаимодействия, те «экзистенциальные коммуникации», которые составляют сущность духовного общения в семье, все чаще становятся предметом социально-философского, социологического и психологического анализа.

Семейная социализация происходит благодаря тому, что члены семьи находятся в непрерывном, сложном коммуникационном процессе. Агенты социализации, например, родители, обеспечивают коммуникацию в форме межличностного взаимодействия и могут рассматриваться, по определению Ю. Хабермаса,  как «субъекты направленной социальной активности». Когда они выступают в этом качестве, происходит персонификация общественных отношений, которая обеспечивает наиболее глубокое усвоение норм, ценностей, этических установок и приемлемых ролевых моделей [9].

В переносном смысле сам этот субъект направленной социальной активности, например, мать, начинает восприниматься ребенком как персонифицированная совесть. Повзрослев, молодой человек, скорее всего, сохраняет хотя бы часть своей коммуникативной вовлеченности в жизнь родительской семьи. Каждый раз, совершая внутренний выбор перед тем, как совершить тот или иной поступок, он невольно соотносит его с той нормой, ценностью, шкалой моральных оценок, которую транслировал значимый для него человек, подумав, какую реакцию вызвал бы у него данный поступок. Глубина взаимных эмоциональных связей, коммуникативная составляющая повседневной жизни,  конструктивное межличностное взаимодействие со  значимыми людьми, при условии их высокой авторитетности,   позволяют сохранить значимость семейной социализации для молодых людей.

Завершенность нравственного самоопределения, как важнейшего этапа становления социальной идентичности молодого человека проявляется в готовности принять на себя позицию ответственности за происходящее с  собой, с обществом и с  миром, в целом. Это является интегральным показателем эффективности воздействия на личность институтов  как  первичной, так и вторичной социализации  [4, с. 21].

Однако сегодня мы наблюдаем весьма опасную ситуацию, связанную с кризисом  института  семьи, как  в  общемировом масштабе, так и в России. При этом, естественно, происходит  изменение веса институтов вторичной социализации, оказывающих все более глубокое влияние на становление социальной идентичности человека.  Однако и эти институты, в особенности важнейший из них – система образования, переживает кризис в современной России, уступая место средствам массовой информации и Интернету, в частности, социальным сетям, в которых сформировались и формируются совершенно иные нормы, иногда носящие прямо асоциальный характер, угрожающие  как жизни отдельного молодого человека, так и благополучию  общества в  целом.

 

Литература

  1. Бергер, П. Социальное конструирование реальности: трактат по социологии знания / П. Бергер, Т. Лукман. – Москва: Издательский Центр Академия; Медиум, 1995. – 323 с.
  2. Гинзбург, М.Р. Личностное самоопределение как психологическая проблема / М.Р. Гинзбург // Вопросы психологии. – 1988. — № 2. — С. 19-26.
  3. Журавлев, А.Л. Экономическое самоопределение: теория и эмпирические исследования / А.Л.Журавлев, А.Б. Купрейченко. — Москва: Институт психологии РАН, 2007. — 480 с.
  4. Иваненков, С.П. Проблема социализации человека в работах классиков буржуазной и современной западной философии / С.П. Иваненков // Credo. -1997. — № 5. – С. 21-33.
  5. Купрейченко, А.Б. Нравственное самоопределение молодежи / А.Б. Купрейченко, А.Е. Воробьева. – Москва: ИПРАН, 2013. – 482 с.
  6. Микляева, А.П. Социальная идентичность личности: содержание, структура, механизмы формирования / А.П. Микляева, П.В. Румянцева. – СПб.: РГПУ им. А.И. Герцена, 2008. – 118 с.
  7. Парсонс, Т. Очерк социальной системы / Т. Парсонс. – Москва: Академический проект, 2002. – 832 с.
  8. Рубинштейн, С.Л. Основы общей психологии / С.Л. Рубинштейн. – СПб.: Питер, 2009. – 721 с.
  9. Фарман, И.П. Социально-культурные проекты Юргена Хабермаса / И.П. Фарман. – Москва: Институт философии РАН, 1999. – 244 с.
  10. Хабермас, Ю. Демократия. Разум. Нравственность. Московские лекции и интервью / Ю. Хабермас. – Москва: Издательский Центр Академия, 1995. – 252 с.

 

 

 

 

 

531 просмотров всего, 1 просмотров сегодня