Смирнов Петр Иванович. Социологическая (ролевая) концепция личности

                                                 Смирнов Петр Иванович

Санкт-Петербургский государственный университет

профессор кафедры теории и истории и социологии

                                                                                                                              Smirnov Petr Ivanovich

                                               Saint-Petersburg State University

Professor of the Chair of Theory and History of Sociology

E-Mail: smirnovpi@mail.ru

УДК – 3.30.31.316

 

СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ (РОЛЕВАЯ) КОНЦЕПЦИЯ ЛИЧНОСТИ

 

Аннотация. В статье обосновывается перспективность развития социологической теории личности на основе понятия «социальная роль». Излагается авторская трактовка социальной роли. Вводятся основные признаки социальной роли: ценности, мастерство (знания, умения, навыки) и полномочия (права и обязанности). Показывается сходство признаков социальной роли с признаками структуры ряда социальных процессов и явлений: объективно необходимой деятельности, ее регуляторов – морали, технологии, права, личности и процесса ее становления, социальной нормы. Ставятся проблемы выявления целевых и инструментальных ценностей основных социальных ролей и складывания ценностного ядра личности.

Ключевые слова: личность, деятельность, социальная роль, ценности, мастерство, полномочия.

 

SOCIOLOGICAL (ROLE) CONCEPT OF PERSONALITY

 

Abstract. The article substantiates the perspectivity of the development of sociological theory of personality based on the concept of “social role”. The author’s interpretation of social role is stated. The main features of the social role are introduced: values, craftsmanship (knowledge and skills) and powers (rights and obligations). The similarity of the social role signs with the structure of a number of social processes and phenomena is shown: objectively necessary activity, its regulators – morality, technology, law, personality and the process of its formation, social norm. The problems of identification of target and instrumental values of the main social roles and formation of the value core of the personality are raised.

Key words: personality, activity, social role, values, craftsmanship, authority.

 

Введение. Существует неопределенное количество развитых психологических и социально-психологических теорий личности. Однако в  социологии подобные теории отсутствуют. Потенциал для разработки собственно социологической теории личности содержится в ролевой концепции личности, но его раскрытие требует решения ряда взаимосвязанных задач. Необходимо уяснить, почему слово «личность» многозначно, почему существует множество теорий личности и почему выдвигается множество ее типов, может ли личность быть предметом социологии, какая трактовка социальной роли пригодна для описания личности в рамках социологии и т.д. В настоящей статье будут даны краткие решения некоторых из названных задач, но ее основная цель заключается в том, чтобы, изложить ролевую концепцию личности на основе авторской трактовки социальной роли.

Основное содержание статьи.

Проще и надежнее всего многозначность слова «личность», множество теорий и типов личности объясняется ссылкой сложность природы человека.  Еще древние греки  сравнивали макрокосм (вселенную) и микрокосм (человека), подчеркивая сложность того и другого. Естественные науки, с учетом сложности окружающего нас мира, выделяют его отдельные стороны, эмпирически изучая их свойства и строя теории.

Аналогичная ситуация сложилась и в науках о человеке, когда отдельные стороны человеческой природы изучаются соответствующими науками (анатомией, физиологией, психологией). Строение и свойства этой природы не вполне ясны. Но на основе почти очевидных утверждений можно составить о ней первоначальное представление и понять принципы построения теорий личности.

Суть основных утверждений о природе человека сводится к следующему: человек есть живое природное, социальное, духовное и при этом целостное существо. С известной долей условности можно выявить в каждой выделенной стороне человеческой природы наиболее тяготеющие к ней черты: интеллект, чувство, физиологические особенности, способность людей образовывать объединения и т.д. Можно, выхватывая отдельные черты или совокупности черт ее сторон, объединять черты в некие комплексы. Далее же, можно называть определенный комплекс черт личностью, строить на основе комплексов теории и создавать типы личности [13, с.8-11; 16].

Необходимость обоснования притязания социологии на рассмотрение личности как своего предмета вызвана рядом обстоятельств. Во-первых, большинство теорий личности предложено психологами или социальными психологами. Во-вторых, в западной психологии отчетливо выражена тенденция исключить из теоретического рассмотрения социальное начало в человеке при трактовке понятия «личность». В частности, называется «непрофессиональной» (для «научной психологии») такая точка зрения, когда в понятие «личность» включается «внешний, поверхностный социальный образ, …некая «личина», общественное лицо, обращенное к окружающим» [23, с 22]. В-третьих, напротив, в отечественной психологии и обществоведении советского периода подчеркивалась необходимость отразить в понятии «личность» социальную сущность человека [1, с.107-108; 6, с. 7; 19, с.42-43].

Обосновать притязание социологии на изучение личности можно с помощью следующих соображений. Во-первых, само слово «личность» этимологически происходит от слова «личина» (маска), которую носил актер древнегреческого театра  как раз для того, чтобы обозначить «общественное лицо, обращенное к окружающим». Во-вторых, слово «личность» естественно сочетается со словом «общество», как слова «гражданин» и «особь» сочетаются со словами «государство» и «популяция». В-третьих, известно со времен Аристотеля, что для каждого понятия можно подобрать особое имя.

Следовательно, в рамках научной психологии допустимо называть личностью некое единство психических процессов отдельного человека, придающее его поведению последовательность и устойчивость[1], исключив при этом из рассмотрения «социальное лицо, обращенное к окружающим». Но в рамках социологии личностью можно считать человека как участника деятельностного взаимодействия (обмена продуктами и услугами), т.е. некоего деятеля.

Исходя из представлений о трех абстрактных разновидностях деятельности (эгодеятельности, служебной деятельности и игре) и опираясь на критически воспринятую концепцию К.Г. Юнга об интровертах и экстравертах, ранее были сконструированы основные социальные типы личности: гармоничный деятель, эгодеятель, служитель и игрок [15, с.111-117]. Представления об этих типах удобно использовать для исследования масштабных социальных процессов, например, эволюции общества и его революционных изменений. Однако для описания личности конкретного человека близкого по типу к гармоничному деятелю, требуются понятийные средства, позволяющие описать ее более детально, что можно сделать, используя понятие «социальная роль».

О понятии «социальная роль». Этимологически слово «роль» происходит от латинского слова rotula (маленькое колесо или круглый чурбан, на который наматывались листы пергамента, чтобы они не порвались или не поломались). Позднее этим словом стали обозначать пергаментные свитки, на которых записаны тексты документов, речи и пр., а также театральные партии. Через французский язык оно вошло в употребление во всех европейских странах.

Понятие роль (социальная роль) для описания человеческого поведения введено в широкое употребление Дж. Г. Мидом, и Р. Линтоном в 30-е годы прошлого столетия [11, с.587-588]. Однако П.А. Сорокин употребил выражение «социальная роль» применительно к формам поведения человека еще 1913 году [18, с. 34]. Правда, позже он ограничил смысл этого выражения применительно к значению кар и наград для создания, сохранения и укрепления внутригрупповой солидарности с целью недопущения распада группы, подавления взаимной борьбы в ней и приведения антагонистических элементов к общему моральному единству [18, с. 209]. Г. Зиммель употребил выражение «играть роль» в одной из своих работ в 1920 году. Вероятно, это связано с устойчивой ассоциацией слов «мир» и «театр», «актер» и «человек», закрепленной в известной метафоре Шекспира.

В современной социологии социальная роль обычно понимается как совокупность норм, определяющих поведение лица в социальной системе, и само поведение, в котором нормы реализуются. В соответствии с традицией, заложенной Р. Линтоном, роль, как динамический аспект поведения, обычно противопоставляется статусу или позиции, как совокупности прав и обязанностей, определяющих это поведение. И.С. Кон предложил понимать роль не только, как «нормативно одобренный образ поведения», но и «как социальную функцию» [6, с.23][2]. Представление о роли как о социальной функции перспективно для описания личности как социального существа, если понимать выражение «социальная функция» в смысле «специализированный вид деятельности». При этом ясно, что в такой трактовке снимается линтоновское противопоставление роли и статуса, поскольку права и обязанности оказываются лишь одной из характеристик социальной функции.

Об авторстве ролевой теории личности. В литературе нет единого мнения о том, кто является автором этой теории. Солидный западный справочник называет создателем ее Теодора Сарбина (Theodore Sarbine) [24, р.1446]. Некоторые российские авторы связывают ролевую концепцию личности с именем Т. Парсонса [17, с.162]. К сожалению, эти утверждения лишены ссылок на первоисточники, в которых могла бы быть зафиксирована та или иная вариация ролевой концепции личности.

Большой вклад при введении ролевой концепции личности в российское обществоведение внес И.С. Кон [9, с.324]. Он сформулировал вполне приемлемое для начала определение личности как единства или совокупности социальных ролей. Это определение соответствует отечественной традиции, где личность понимается как некое социальное свойство или качество человека  [см. выше], Оно же согласуется с общим пониманием личности как деятеля, поскольку функция может пониматься как особый вид деятельности. Следовательно, личность оказывается неким единством или совокупностью разнообразных видов деятельности, находящихся в потенциальном состоянии.

Схожие представления о том, что реальным базисом личности является совокупность общественных отношений человека с миром, реализующихся в его деятельности, точнее, в совокупности его многообразных деятельностей, сформированы А.Н. Леонтьевым [8, с.183].

Проблема стандартной группы понятий для описания роли. Однако описание личности лишь через перечисление социальных ролей – гражданин, отец, член профсоюза, преподаватель и т.д. [6, с.14, 23], следует признать хотя и правильным, но недостаточным. Оно оказывается очень «бедным» и «бледным». Более содержательным описание личности может стать, если снабдить понятие «роль» группой понятий, отражающих ее конкретные и существенные признаки.

В свое время задачу обогатить описание роли группой стандартных понятий поставил А. Инкельс. По его мнению, эти понятия должны были: 1) быть пригодны для описания личности, 2) иметь социологическое значение, 3) описывать роль как некое сложное явление и 4) давать возможность систематически сравнивать роли между собой [5, с. 295].

К перечню этих справедливых требований нужно добавить еще одно, но возможно, решающее: эти понятия должны быть равно пригодны и для описания личности (человека как социального существа), так и для описания деятельности. Необходимость выполнения этого условия вытекает из самого определения личности как системы социальных ролей (специализированных видов деятельности).

В западной традиции не вполне удачная попытка сформировать стандартную группу понятий для описания любой роли была предпринята Т. Парсонсом и его сотрудниками. В группу были включены следующие понятия:

– эмоциональность. Предполагалось, что некоторые роли требуют эмоциональной сдержанности в печальных ситуациях. Таковы роли служащего похоронного бюро, врача. Роли же родственников, друзей могут сопровождаться выражением чувств;

– способ получения. Отдельные роли человек получает независимо от своих усилий (гражданин, пенсионер). Другие он приобретает, прилагая личные усилия (генерал, политик, артист);

– масштаб. Иногда ролевое взаимодействие осуществляется по строго определенному поводу (врач и пациент по вопросу здоровья). В других случаях люди взаимодействуют по широкому кругу проблем (родителей волнуют все вопросы жизни ребенка);

– формализация. Некоторые роли предполагают взаимодействие по строго определенным правилам (юристы,  военнослужащие). Для других ролей такие правила не установлены (родственники, друзья);

– мотивация. Для разных ролей характерны разные мотивы. Например, предприниматель руководствуется стремлением к прибыли.  Работники благотворительных организаций руководствуются другими мотивами [12, с.75].

Рассмотрение этих понятий показывает, что они 1) не всегда имеют социологическое значение или 2) не могут быть одновременно характеристикой деятельности и человека.

В частности, признак «эмоциональность» относится к сфере психологии, а не социологии. Он едва ли может иметь социологическое значение. Кроме того, его можно употреблять только по отношению к человеку, но не к деятельности. Человек может быть эмоциональным или не эмоциональным, выражая свои эмоции в действиях (крике, смехе). Но в деятельности самой по себе никаких эмоций нет. Она не плачет и не смеется. Убийства, совершенно одинаковые «по технологии», могут совершаться людьми в разных эмоциональных состояниях. При понимании роли как социальной функции понятие «эмоциональность» неприменимо.

         Относительно признака «способ получения»  можно сказать, что его почти всегда можно отнести к роли: любая роль получается или «автоматически», или за счет приложения усилий. Он также может быть предметом социологического анализа. Можно также сравнивать по нему разные роли, когда речь идет о приложении усилий для получения роли (артист отличается в этом смысле от грузчика). Но когда речь идет об автоматическом получении ролей (пенсионер, гражданин), то личность конкретного человека этот признак характеризует чисто формально, относясь к группе. Поэтому он не вполне удовлетворяет первому требованию, указанному Инкельсом.

 Признак «масштаб» (точнее, может быть, было бы назвать его «спектр взаимодействия», поскольку речь идет о разнообразии вопросов, затрагиваемых в процессе взаимодействия), оставляет нас в состоянии неопределенности. Во-первых, существуют разные точки зрения относительно целей взаимодействия, присущих отдельной роли. Ведь возможен взгляд на роль врача, согласно которому врач лечит «не болезнь, а человека». Тогда его должны интересовать не только сугубо вопросы здоровья. Во-вторых, «масштаб» взаимодействия чрезвычайно (и неопределенно) зависит от носителя роли, от его личных качеств. Встречаются матери, которых вообще не волнует жизнь, здоровье и пр. ребенка. Таким образом, этот признак роли излишне зависит от конкретной ситуации. Систематически сравнивать по нему роли чрезвычайно трудно, что ставит вопрос о его социологическом применении (и значении).

Что касается признака «формализация», то это, пожалуй, единственный из рассмотренных ролевых признаков, удовлетворяющий всем требованиям. Права и обязанности можно изучать в рамках социологии, систематически сравнивая по нему разные роли. Он применим для описания деятельности и личности, поскольку у разных ролей права и обязанности различны, а отдельные люди по-разному их принимают и выполняют.

 Признак же «мотивация», как и признак «эмоциональность», не удовлетворяет социологическому пониманию социальной роли. Он явно относится к сфере психологии и может служить для описания человека, но неприменим для описания деятельности. Мотивирован на что-либо может быть только человек, но не деятельность, которая может иметь цель. Социальная функция может осуществляться для достижения цели. Но цель деятельности – это не ее мотив. И если присмотреться внимательнее к парсоносвской трактовке мотивов, то можно увидеть, что его «мотивы» социальных ролей различаются именно ролевыми целями (прибыль и что-то другое).

В целом, совокупность предложенных в школе Парсонса признаков социальной роли малопригодна для описания личности в рамках ролевой концепции, если считать ролью специализированный вид деятельности. Необходимы другие понятия, которые лучше подходили бы для любой стандартной роли.

Предлагаемая группа понятий для описания социальной роли: 1) ценности, 2) мастерство (знания, умения, навыки), 3) полномочия (права и обязанности).  [13, с.409].Можно показать, что все три понятия имеют социологическое значение и подходят для одновременного описания деятельности и личности.

Понятие «ценность». Нет нужды доказывать обществоведам, что это понятие имеет социологическое значение. Ценности кладут в основу социальных систем в ряде социологических теорий (структурно-функциональный анализ, конфликтология, деятельностно-ценностный подход к описанию социальных явлений и процессов и т.д.), их постоянно изучают теоретически и эмпирически в отдельных группах и обществе в целом.

Равным образом, его применяют при описании личности. Выражения «ценностное ядро личности», «система или шкала личностных ценностей» постоянно встречаются в социологической и даже в художественной литературе[3].

В рамках деятельностно-ценностного подхода ценности, несомненно, являются важнейшей характеристикой личности, представляя собой важнейшие стимулы собственно человеческой деятельности. И в качестве таковых они составляют саму сущность личности как деятельного социального существа.

Равным образом ценности могут быть характеристикой деятельности как особой социальной функции (т.е. социальной роли), что хорошо знали еще  Платон и Аристотель.

Так, платоновский Сократ в беседе своим оппонентом заявляет, что мы отличаем одно искусство от другого потому, что каждое из них «приносит нам какую-то особую пользу, а не пользу вообще: например, врачевание – здоровье, кораблевождение – безопасность во время плавания и т.д.» [10, с.116].

Позже, и в более развитой форме, аналогичную мысль высказал  Аристотель. Занимаясь вопросом, чем является благо само по себе, он рассуждает следующим образом: «…Чем оно (благо – П.С.) могло бы быть? Кажется, что оно различно для различных действий и искусств: одно благо для врачевания, другое – для военачалия и точно также для всего остального. Что же тогда вообще благо в каждом случае? Может быть, то, ради чего все делается? Для врачевания – это здоровье, для военачалия – победа, для строительства – дом и т.д. (курсив мой – П.С.) [2, с.62.].

Если отвлечься от словесных оболочек и вдуматься в смысл слов «польза», «благо» и «искусство», то ясно, что пользу или благо можно назвать ценностью, а  искусство – специализированным видом деятельности, социальной ролью и т.п. При этом ценность должна пониматься как раз и навсегда поставленная цель специализированного вида деятельности.

Оба древнегреческих мыслителя убеждены в наличии некоторой ценности, во имя которой осуществляется та или иная разновидность деятельности. И это значительно более верная и точная мысль, нежели утверждение, что у разных ролей разные мотивы. У разных ролей разные ценности, тогда как разные мотивы – у разных людей. Ролевой ценностью является любое материальное или идеальное явление, во имя которого (для обладания, сохранения, утверждения) прилагает усилия человек, выступающий в данной роли.

Ценности – наиболее значимый и устойчивый компонент социальной роли. Они выступают в качестве ее своеобразного стержня. Любая роль существует до тех пор, пока существует ценность, во имя которой она выполняется. Практически это означает, что роли – вечны. Именно устойчивость ценностей позволяет нам на протяжении веков и тысячелетий называть одним и тем же словом: врач, солдат, строитель, торговец, – представителей соответствующих социально-профессиональных групп.

Ролевые ценности могут вступать в противоречие между собой. Ведь у каждой роли своя главная ценность. Тогда возникает ситуация ценностного ролевого конфликта, и носителю нескольких ролей приходится делать выбор между ценностями, т.е. нравственный выбор, который может носить драматичный и даже трагедийный характер. Большинство трагедий, отраженных в мифах, преданиях, литературе, построены на том, что персонажу приходится выбирать между несовместимыми ценностями. Аврааму предлагается выбор ме6жду Богом и сыном, Медея жертвует детьми, чтобы отомстить Ясону за измену, Макбет ради власти убивает короля-гостя и т.д. В реальной жизни также возникают ситуации выбора между ценностями разных ролей.

Эрнесто Че Гевара, врач по образованию и взятый в качестве такового в отряд Фиделя Кастро, пишет в своих воспоминаниях о бое, который случился после высадки со шхуны «Гранма» (отряд попал в засаду): «…Я заметил, что один боец бросил на бегу патроны. Я схватил его за руку, пытаясь остановить, но он вырвался, крикнув: «Конец нам!». Лицо его перекосилось от страха.

И вот тут-то впервые передо мной встал вопрос: кто я – врач или солдат революции?

Около меня лежали медицинская сумка и патроны. Взять то и другое не хватало сил. Я схватил патроны и бросился к зарослям тростника». Другой эпизод из того же боя: «Ко мне с трудом подполз раненый Арбентоса. Он истекал кровью и тяжело дышал. Но чем я мог ему помочь? Я сам был ранен и не мог сделать ему перевязки, к тому же под рукой у меня не было даже тряпки» [3, с.23-24].

Че Гевара оказался в ситуации ролевого конфликта, причем ролевые ценности нашли в данном случае материальное воплощение – патроны (роль солдата) и медицинская сумка (роль врача). Че выбрал роль солдата и позднее стал выдающимся военачальником. Но в отряд-то его брали в качестве врача. Товарищи были вправе рассчитывать на его помощь. Ранение Че не может служить ему оправданием, это случайность боя. С точки зрения врачебной этики Гевара поступил безнравственно.

Безнравственной оказывается и деятельность политика, солдата, юриста и т.д., если она не направлена на утверждение, сохранение и т.п. важнейшей ролевой ценности. В частности, когда поведение профессионала определяется инструментальной ценностью. Многие политики склонны придерживаться позиции князя Галицкого (опера «Князь Игорь»): «Я бы княжеством управил, я б казны им поубавил, пожил бы я всласть, ведь на то и власть». Любопытно, что до сих пор некоторые граждане в России склонны считать власть основной ролевой ценностью политика и поэтому оправдывают действия конкретных людей, использующих власть в личных целях.

Ценности – основа профессиональной этики. Если некий профессионал в своей профессиональной деятельности выступает в соответствии с нашими интуитивными представлениями о ролевых ценностях, мы употребляем выражения «настоящий врач», «настоящий ученый», «настоящий солдат» и т.д.

Хотя ролевые ценности стержень роли и основа профессиональной этики, до сих пор еще нет общепринятого перечня основных ролевых ценностей важнейших социальных ролей. Теоретически, выявить их не так уж сложно. Сложнее организовать широкую теоретическую дискуссию, провести эмпирические исследования и добиться минимального согласия относительно наименования, количества и субординации ролевых ценностей. Слишком много интересов будет затронуто.

В качестве повода для дискуссии предлагаются ценности ряда важнейших социальных ролей.

Политик. Целевая ролевая ценность – общее благо (как бы условно это благо ни понималось), инструментальная ценность – власть. Общее благо как ролевая ценность политика известна со времени «Государства»  Платона. Но в обыденном сознании эта инструментальная ценность часто считается целевой.

Чиновник. Целевая ценность – общее благо. Инструментальные ценности – права и обязанности, мастерство в их применении, личные качества (честность).

Ценности политика и чиновника схожи. Их роли различаются функциями при достижении общего блага. Политик ставит цели, руководит. Чиновник реализует поставленные цели, решает конкретные задачи управления.

Предприниматель. Целевая ролевая ценность – средства удовлетворения потребностей личности и общества. Инструментальные ценности – прибыль, личная корысть, деловые качества (предприимчивость и пр.). Однако на уровне обыденного сознания и даже в науке (см. выше мнение Парсонса) прибыль и личная корысть считаются ролевыми ценностями. Однако уже Г. Форд указал, что «задача предприятия – производить для потребления, а не для наживы…» [22, с.18], а производство – средство общественного служения [22, с.122].

Рабочий (вообще, наемный работник). Целевая ценность  – вещь, предмет потребления, услуга. Инструментальные ценности – заработок, мастерство.

Ценности предпринимателя и рабочего аналогичны, почти тождественны. Различие их ролей заключается в разделении функций в процессе производства. Предприниматель – организатор производства, руководитель. Наемный работник изготовляет отдельные вещи, оказывает услуги.

Учитель (воспитатель, преподаватель). Целевая ценность – ученик, его готовность к жизни. Но эта готовность к жизни имеет особенности в разновидностях роли. Для собственно учителя главная ценность – общая готовность ученика к делам жизни, его самостоятельность. Для воспитателя главной ценностью является нравственная готовность ученика к жизни в обществе. Для преподавателя – готовность к делу (профессии). Во всех разновидностях роли учителя инструментальными ценностями являются мастерство в профессии и личный пример.

Солдат. Целевая ценность – благо того, кому солдат служит (отечество, родной народ – в национальной армии, наниматель – в наемной армии). Инструментальные ценность – мастерство в военном деле, личные качества.

Ценности ряда других социальных ролей (врача, юристов, инженера и др.) предложены в другом месте [13, с.415-416], но в статье можно ограничиться приведенными примерами.

Итак, понятие «ценность» имеет социологическое значение, а также пригодно для описания личности (человека) и деятельности.

Понятие «мастерство». Мастерство является инструментальной ценностью в любой социальной роли. Оно слагается из двух составляющих – природного таланта (способностей) и знаний, умений и навыков, которые накоплены профессиональной группой (обществом в целом). Талант можно не рассматривать в качестве признака социальной роли, он является личным свойством отдельного человека. Но ролевые знания, умения и навыки передаются путем обучения, что позволяет людям со средними способностями выполнять любые социальные роли с приемлемым качеством. Этого достаточно, чтобы в обществе осуществлялась полноценная деятельность.

В отличие от стержневых ролевых ценностей мастерство – неустойчивый и быстро развивающийся компонент социальной роли. Мало общего с точки зрения знаний, умений и навыков у римского легионера и современного воина (танкиста, летчика и т.д.). В разные исторические периоды существенно отличаются названные признаки и у представителей других профессий (врач, строитель и т.п.).

Кроме того, знания, умения и навыки могут различаться у исполнителей одной и той же социальной роли (врачи аллопаты и гомеопаты). Но они же могут и существенно совпадать у представителей разных ролей: психологические знания могут использовать работники правоохранительных органов (с целью добиться признания преступника), и психотерапевты, чтобы помочь человеку.

Исполнители смежных профессий могут использовать одни и те же знания, умения и навыки с противоположными или несовпадающими целями. Прокурор использует юридические знания, чтобы покарать преступника и защитить интересы общества, а адвокат – с целью защиты интересов обвиняемого. Судья опирается на них с целью соблюсти меру между виной и наказанием.

Наконец, существуют элементарные знания, умения и навыки, необходимые для носителей практически всех социальных ролей. Таково умение писать и читать, таковым становится ныне обладание элементами компьютерной грамотности, необходимое почти в любой профессиональной деятельности.

Знания, умения и навыки поддаются изучению социологическими методами, позволяют систематически сравнивать роли между собой, пригодны для описания деятельности и человека. Они вполне удовлетворяют вышеуказанным требованиям для включения их в качестве признаков социальной роли.

Понятие «полномочия» (права и обязанности). Права и обязанности также можно рассматривать в качестве инструментальных ценностей социальной роли, и они также удовлетворяют требованиям, предъявляемым к понятиям, описывающим социальную роль.

Объективная необходимость полномочий обусловлена двумя обстоятельствами. Во-первых, общество обязано предоставить деятелю возможность свободно принимать решения и действовать в рамках его компетенции. Во-вторых, оно не может предоставить деятелю полную свободу и  должно контролировать процесс профессиональной деятельности. Права и обязанности иногда фиксируются в документах и оговариваются специально (роль президента), но часто закреплены в общественном сознании в виде «ожиданий». Общество «ждет», что представитель данной профессии будет вести себя надлежащим образом в соответствующей ситуации. В случае необходимости (если деятель уклоняется от выполнения роли или, напротив, выполняет ее добросовестно) общество применяет различные санкции (поощрение и наказание).

Полномочия каждой роли весьма специфичны (права и обязанности разных ролей различаются), но эта специфика имеет вторичный характер. Она обусловлена различием ролевых ценностей. Для утверждения разных ценностей требуются усилия в разных направлениях. Общество и направляет усилия деятеля в нужном направлении через систему прав и обязанностей.

Ролевые права и обязанности чрезвычайно зависят от ситуации. Весьма широк размах колебаний в объеме прав и обязанностей представителей некоторых профессий (медицинские работники в случае эпидемии, военнослужащие – в период чрезвычайного положения или войны).

Очерченные выше три компонента роли взаимно дополняют друг друга и, в целом, обеспечивают удовлетворительное выполнение роли, взаимно страхуя друг друга. Если деятель усвоил ролевые ценности, то он в случае необходимости будет стремиться повысить свое мастерство и обрести полномочия. Если он обладает мастерством, но слабо усвоил ролевые ценности, общество побуждает его действовать в соответствии с ними через систему прав и обязанностей. Если же он каким-то образом получил права и обязанности, но не обладает ни ролевыми ценностями, ни мастерством (политики-демагоги, мошенники в экономике), то общество, обманутое в своих ожиданиях, рано или поздно запускает механизм санкций.

Ценности, мастерство и полномочия не случайные компоненты роли, поскольку в них отражены три важнейших феномена: 1) деятель (субъект), 2) окружающий мир и 3) общество. Совокупность ролевых ценностей характеризует свободу нравственного поведения деятеля, в знаниях, умениях и навыках отражается окружающий, внешний мир. Ведь знание – всегда знание о чем-то, а умение – всегда умение обращаться с чем-то. Полномочия же, как было сказано, имеют свои источником общество. Одинокому Робинзону на его острове никакие права и обязанности не нужны. Он полностью свободен в своих действиях.

Любую роль можно описать, если определить ценность (или ценности), во имя которых она выполняется (существует), выяснить необходимый уровень мастерства и выявить заданный обществом объем полномочий, позволяющий осуществить эту роль.

Данные понятия позволяют в первом приближении описать личность как социальную сущность человека. Ценности составляют ценностное ядро личности,  совокупность ролевых знаний, умений, навыков определяет общий уровень ее мастерства, а ролевые полномочия составляют общий объем полномочий.

Эти понятия можно также использовать для оценки деятельности конкретного человека, выступающего в данной социальной роли.

Так, если ролевая ценность политика есть «общее благо», то нельзя оценить положительно деятельность М. Горбачева и Б. Ельцина в должностях Президента СССР и России. Действия обоих привели к крупнейшей геополитической катастрофе XX века, пагубно сказавшейся на жизни сотен миллионов людей. И служебные полномочия были использованы ими не должным образом: Горбачев не пытался защитить Конституцию СССР, гарантом которой он клялся быть, Ельцин же явно превысил свои полномочия в момент беловежского сговора и во время октябрьского переворота 1993 года (разорвав Конституцию РСФСР, блюсти которую он клялся, и силой уничтожив законно избранный орган законодательной власти).

Названные три компонента социальной роли не являются чем-то случайным, ибо позволяют увидеть внутреннее подобие важнейших социальных процессов и явлений, таких как: 1) служебная разновидность объективно необходимой деятельности, 2) ее регуляторы, 3) социальная роль, 4) личность, 5) процесс становления личности, 6) социальная норма (см. табл. 1).

Рассмотрение таблицы удобно начать с понятия «социальная роль». Идя от него «вниз», можно видеть, что компоненты социальной роли – ценности, мастерство, полномочия – оказываются подобны компонентам личности – ее ценностному ядру, общему уровню мастерства и общему объему полномочий. Личность же оказывается совокупностью или единством (носителем) социальных ролей.

На уровне ниже находится становление личности. Оно представляет собой единство трех взаимосвязанных процессов – воспитания, обучения, социализации (политизации). Заметим, употребляемые ныне в научной литературе и обыденной речи понятия, обозначающие соответствующие процессы, взаимно перекрывают друг друга и специфика каждого из них «смазывается». Не ясно, чем они отличаются друг от друга. Так, понятие «социализация» устойчиво понимается как «процесс становления личности, обучения и усвоения индивидом ценностей, норм, установок, образцов поведения, присущих данному обществу, социальной общности, группе» [7, с.318; 4, с.19-20 и др.]. «Широкое значение» слова социализация прочно вошло в традицию. Но в результате оказались смешаны процессы социализации и становления личности. Кроме того, оказался без особого наименования процесс усвоения полномочий социальных ролей, т.е. процесс «подключения» личности к обществу через систему прав и обязанностей.

 

Таблица 1.

Подобные структуры социальных процессов и явлений.

 

Наименование процесса или явления  

КОМПОНЕНТЫ СТРУКТУРЫ

Объективно необходимая деятельность: служебная составляющая[4]
Регуляторы объективно необходимой деятельности  

мораль

 

технология

 

право

Социальная роль ценности мастерство полномочия
Личность ценностное ядро личности общий уровень мастерства общий объем полномочий
Становление личности воспитание обучение социализация
Социальная норма цель-ценность алгоритм санкция

 

Исходя из принципа, что специфика процесса, связанного со становлением личности, проявляется в его результате, логично сопрячь воспитание с усвоением ценностей социальных ролей (и вообще любых ценностей), обучение – с усвоением знаний умений и навыков. Социализацией же (в узком смысле) предпочтительнее считать обретение ролевых прав и обязанностей, получаемых человеком в процессе жизнедеятельности. Можно назвать этот процесс и «политизацией». Главное, чтобы специфика каждого процесса была видна в его результате.

Процесс становления личности предполагает сознательное и бессознательное усвоение человеком социальных норм – образцов поведения и деятельности, обладающих относительной распространенностью и императивностью (см. строку ниже). Структурные компоненты нормы – цель-ценность, алгоритм, санкции – связаны с уже названными компонентами социальной роли, личности и процесса становления личности. Кроме того, они связаны с регуляторами служебной струи объективно необходимой деятельности – моралью, технологией, правом.

Вся необходимая в обществе служебная деятельность складывается как результат исполнения всех социальных ролей всеми личностями данного общества. Три основных компонента роли формируют три основных способа регуляции человеческого поведения. Первый способ состоит в том, чтобы показать человеку, что хорошо и что плохо, оставляя за ним свободу воли и свободу выбора. Второй – ограничивает его свободу определенными рамками, запрещая делать одно, но позволяя и даже побуждая делать другое. Третий – заключается в том, чтобы научить его делать легко и просто то, что раньше он не умел делать или делал трудно и плохо. По мере развития общества эти три способа, развиваясь, обогащаясь и обособляясь, становятся моралью, правом и технологией [13, 425].

Заключение. В рамках социологии перспективно понимание личности как деятеля, носителя социальных ролей (функций). Структурные элементы роли: ценности, мастерство, полномочия, – имеют социологическое значение, позволяют описывать и сравнивать роли между собой, оценивать соответствие конкретного человека его социальным ролям. Опираясь на них, можно ставить важные в теоретическом и практическом отношении задачи: уточнять представление о целевых и инструментальных ценностях социальных ролей, определять перспективы повышения профессионального мастерства, уточнять необходимый объем полномочий и т.д. Но дальнейшее развитие ролевой теория личности требует решения ряда сложных проблем: объяснения путей формирования ценностного ядра личности, выявления и уточнения  целевых и инструментальных ценностей социальных ролей, поиска психофизиологических качеств, необходимых для воплощения ролевых ценностей и др.

 

Литература.

  1. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания / Б.Г. Ананьев. – Л.: Изд-во ЛГУ. 1968. – 339 с.
  2. Аристотель. Никомахова этика / Аристотель // Соч. в 4-х т. Т.4. –  М.: Мысль.1983. С.53-293.
  3. Гевара Эрнесто Че. Алегрия – де Пио / Э. Гевара Че // От Съерра Маэстры до Гаваны. Воспоминания видных участников кубинской революции. – М.,1965.С.22-24.
  4. Головин Н.А. Теоретико-методологические основы исследования политической социализации / Н.А. Головин. – СПб: Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2004. – 288 с.
  5. Инкельс А. Личность и социальная структура // Социология сегодня:  проблемы и перспективы. – М., 1965.
  6. Кон И.С. Социология личности / И.С. Кон. – М., – 383 с.
  7. Краткий словарь по социологии / Под общей редакцией Д.М.  Гвишиани,  Н.И. Лапина.  – М.: Политиздат, 1989. – 479 с.
  8. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность / А.Н. Леонтьев. – М., 1977. – 304 с.
  9. Ольшанский В.Д. Личность в российской психологии и социологии / В.Д. Ольшанский // Социология в России /Под ред. В.А. Ядова. -2-е изд.,  перераб. и дополн..- М.: Издательство Института социологии РАН,  С.315-337.
  10. Платон. Государство / Платон. // Соч. в 3 т. Т.3. Ч.1. – М.: «Мысль», 1971. С.89-454.
  11. Роль социальная // Философский энциклопедический словарь / Гл. редакторы Л.Ф. Ильичев и др. – М.: Советская энциклопедия. 1983 г. С.587-588.
  12. Смелзер Н. Социология / Н. Смелзер. – М.: Феникс, 1994. – 688 с.
  13. Смирнов П.И. Социология личности. Учебное пособие. Изд. 2-е. / П.И. Смирнов – СПб.: СПбГИПСР, 2007. – 472 с.
  14. Смирнов П.И. Основные разновидности деятельности: их важнейшие признаки и свойства / П.И. Смирнов // Теоретический журнал Credo new. № 4 (68). С.91-104.
  15. Смирнов П.И. Основные социальные типы личности: концепция выявления / П.И. Смирнов // Ученые записки СПбГИПСР, 2011, № 2 (16), с.111-117.
  16. Смирнов П.И. Личность как предмет социологии / П.И. Смирнов // Общество и человек. 2015. № 1-2 (11). С.107-117.
  17. Современная западная социология: Словарь / Сост. Ю. Н. Давыдов и др. – М. : Политиздат, 1990. – 432 с.
  18. Сорокин П.А. Преступление и кара, подвиг и награда. Социологический этюд об основных формах общественного поведения и морали / Питирим Сорокин / Вступ. ст., сост. и прмеч. В.В. Сапова. – СПб.: Изд-во РХГИ, 1999. – 448 с.
  19. Тугаринов В.П. Личность и общество / В.П. Тугаринов. – М., 1965. – 191 с.
  20. Уоррен Р.П. Вся королевская рать / Р.П. Уоррен. – М.: АСТ: Апрель, 2010. 531, [5] с,
  21. Роль социальная // Философский энциклопедический словарь / Гл. редакторы Л.Ф. Ильичев и др. – М.: Советская энциклопедия. 1983 г. С.587-588.
  22. Форд Г. Моя жизнь. Мои достижения / Г. Форд. / Пер. с англ./ Научн. ред. д-р. экон. наук Е.А. Кочергин. – М.:  Финансы и статистика, 1989. – 206 с.
  23. Хъелл Л., Зиглер Д. Теории личности / Л. Хъелл, Д. Зиглер. – СПб.: Питер Пресс, 1997. – 608 с.
  24. Encyclopedia of Sociology. V. Editor-in-Chief Edgar F. Borgata.   Macmillan Publishing Company,  New York,  Maxwell Macmillan Canada,  Toronto,  Maxwell Macmillan International,  New York – Oxford -Singapore -Sydney.  1992.  S.1446.

 

[1] Может быть, было бы удобно называть этот единство словом «самость», хотя едва ли психологи изменят привычное словоупотребление.

[2] Правда, не вполне ясно: «функция» и «нормативно одобренный образ поведения» – это одно и то же или нет?

[3] Примером служит диалог Джека Бердена с Адамом Стентоном (роман Р.П. Уоррена «Вся королевская рать»).Уточним, Берден по профессии журналист, а значит, отчасти, социолог,  Стентон – нейрохирург и психиатр. Собеседники обсуждают предполагаемую хирургическую операцию на головном мозге, цель которой изменение психического состояния личности. Адам говорит, что после фронтальной лоботомия (удаления кусочков лобных долей в обоих полушариях головного мозга) человек становится другой личностью. Джек сравнивает возможный результат операции с обращением в христианскую веру, но Адам заявляет, что обращение не создает новой личности, она остается прежней, но функционирует на основе другой системы ценностей. После же операция личность меняется, ибо изменяются ее эмоциональные реакции. По мнению Джека, «операция должна быть порадикальнее того, что случилось с Савлом по пути в Дамаск» (обращения Савла в христианскую веру и появления апостола Павла).

Диалог завершается размышлением Джека: «Мне было так интересно, что я забыл задать ему вопрос, который мелькнул у меня в голове еще в начале разговора. Тогда он сказал, что,  приобщившись к вере, личность не изменяется, а только функционирует на основе новой системы ценностей. Вот я и хотел спросить: откуда, если личность не изменяется, откуда она берет новую систему ценностей, чтобы функционировать на ее основе? Но я забыл об этом спросить» [20, с.378-379].

Помимо упоминания о системе ценностей личности этот диалог интересен противопоставлением двух мировоззренческих позиций относительно личности. В психологии принято описывать личность как психическое или психофизиологическое существо. Поэтому для Адама, как психиатра, новая система ценностей не является важной характеристикой личности, даже если та и функционирует на ее основе. Для Джека же система ценностей – важнейшая характеристика личности. И ему непонятно, как возможно, что личность не изменилась, если у нее возникла новая система ценностей.

 

[4] Объективно необходимая деятельность имеет две составляющие: эгодеятельность и служебную деятельность [14, с.96-97]. Социальные роли связаны со служебной деятельностью. При рассмотрении эгодеятельности нужно было бы ввести социальную роль «потребитель», в которой основной ценностью стал бы сам процесс потребления, а его проявлением пресловутый шопинг. В качестве регулятора эгодеятельности нужно было бы ввести экономику, а ценности заменить потребностями. Но решение названных задач потребовало бы другой статьи.

58 просмотров всего, 3 просмотров сегодня