Васильев Константин Борисович. Vox Populi не есть Vox Dei

Васильев Константин Борисович

издательство «Авалонъ» (СПб)

главный редактор ,филолог, переводчик

Konstantin Borisovitch Vasilyev

Avalon Publishers (Saint Petersburg)

editor-in-chief ,linguist, translator

E-mail : avalon-edit@yandex.ru

УДК 81:1

 

Vox Populi не есть Vox Dei

 

Аннотация: Автор считает ложной мудростью известное речение о том, что глас народа — это глас божий. Поговорка, удобная для оправдания любых массовых действий, в том числе насильственных деяний, сложилась из слов, вырванных из первоисточника и произвольно скомпонованных, при этом ссылка возможна только на латинскую Библию. Автор привлекает мнение историка Ф. Ф. Зелинского по поводу vox populi vox dei и восстанавливает полностью высказывание богослова Алькуина, который призывал не отождествлять два означенных голоса.

 

Ключевые слова: vox populi, народное мнение, распятие Христа, Ф. Ф. Зелинский, vox diaboli, глас вопля, возмездие врагам, Vulgata latina, Герберт Аврилакский, Алькуин.

 

Vox Populi is not Vox Dei

 

Summary: The author examines the popular saying vox populi vox dei and finds it to be a false wisdom. It is a convenient instrument for justifying any mass actions including violent doings. The proverb was made up of words snatched out of context and one can only explain the appearance of this arbitrary composition when tracing it to a certain obscure phrase in the Latin Bible. The author enlists the support of Tadeusz Zieliński with his critical analysis of the proverb and he recalls the opinion of Alcuin, in its original form rather than in the popular abridged version, pointing out that the Anglo-Saxon theologian made a strong objection to identifying the voice of the people with the voice of God.

 

Key words: vox populi, popular opinion, Jesus’ crucifixion, Tadeusz Zieliński, vox diaboli, uproar from the city/voix éclatante, retribution to enemies, Vulgata latina, Gerbert d’Aurillac, Alcuin.

 

Vox Populi не есть Vox Dei

 

Во время народных возмущений, когда разгневанные массы громогласно требуют перемен и кличут себе новых правителей, можно приветствовать этот глас вопля как народное вече с обоснованными требованиями или же усмотреть в нём разгул буйной толпы. Если протестующим удаётся победить, в том числе взявшись за оружие, прежнюю власть свергнуть, новую власть утвердить, тогда рано или поздно прозвучит: глас народа — глас Божий! Мол, борьба шла за правое дело, справедливость восторжествовала. Или же большим количеством голосов нечто прославляется, пусть даже сожжение на кострах, некто всенародно обоготворяется, пусть даже он развратник и тиран… Бросив взгляд в далёкое, а хоть и не очень далёкое прошлое, мы видим, как по прошествии некоторого времени народ выступает против того, за что раньше боролся, против тех, кого недавно с воодушевлением себе в пастыри выбирал и прославлял. И что: если каждый раз в народных возгласах был глас Божий, получается, что Богу сегодня угодно одно, завтра другое, а послезавтра третье? Нет, из этого получается только то, что люди привлекают всуе имя Божье. Верховное божество — не человек с бесконечной сменой требований, запросов и настроений, и, конечно, не составит труда найти на этот счёт показательное библейское высказывание; например, в Книге Чисел сказано, что Иегова «не сын человеческий, чтоб ему изменяться» [Числ 23:19].

Особенно громко народный голос звучал во время вооружённых возмущений, которые в случае поражения именовались кровавыми мятежами, а в случае победы народными восстаниями и великими революциями. Что касается всеобщих приветствий и единодушного одобрения, — пожалуй, самые громкие, всепотрясающие народные крики раздавались в тридцатых годах прошлого столетия: в Германии народные массы неистово славили Гитлера, в Советской России с таким же воодушевлением прославлялся Сталин. И опять, если исходить из расхожего мнения, что в народном гласе — голос самого Бога, то, трудно даже такое выговорить, Бог был за Гитлера или за Сталина?

Нам скажут: но это старинная народная мудрость, ещё древние философы и поэты так говорили, про это даже в Библии есть. Речение не такое уж старинное, по крайней мере, из древних греков никто ничего подобного не говорил, и я не вижу здесь мудрости: здесь только хитрое желание для оправдания своих действий приписать себе поддержку высшего судьи, чьё мнение неоспоримо. Насчёт Библии — в Библии такого не могли написать. Иегова высказывался только через избранных, общался с народом через пророков.

Если говорить о народной мудрости, есть речение, которое в точности соответствует событиям, изложенным в Новом завете: «Глас народа Христа распял». Как написано в Евангелие от Марка: «И народ начал кричать и просить Пилата <…> Пилат отвечая опять сказал им: что же хотите, чтобы я сделал с Тем, Которого вы называете Царем Иудейским? Они опять закричали: распни Его!» [Марк 15:8–13]. Обратите внимание, здесь написано народ, а не толпа. На вопрос римского прокуратора люди, собравшиеся на площади перед его дворцом, громогласно потребовали казни для Христа.

Заглянув в сборник крылатых выражений, хот старый, хоть новый, мы видим, что речение глас народа — глас Божий объясняется положительно, как давняя, проверенная временем мудрость. Например, в «Словаре русских пословиц и поговорок» составитель, В. П. Жуков, пишет следующее: «Глас народа — глас божий. Устар. Высказанное народом мнение неоспоримо, с ним надо считаться» [1, 85]. И здесь, и в других сборниках упоминается, что речение идёт от латинского vox populi vox dei.

Итак, мнение народа неоспоримо. Значит, когда народ через голосование или своей шумной поддержкой ставит над собой тирана или казнокрада, то разумному человеку и возмущаться не следует, ибо здесь народный глас, подразумевающий глас Божий! Человеку разумному нужно просто смириться с неоспоримым мнением большинства — даже если он не считает это мнение разумным.

А откуда всё-таки взялось это — про голос народа, якобы созвучный божественному гласу? Ну, как же, в сборниках с афоризмами, с народными речениями и литературными изречениями написано, что ещё Гомер, ещё Гесиод, ещё Сенека писали о божественности народной молвы. Нас знакомят со списком авторов, которые употребляли vox populi vox dei в своих статьях и художественных произведениях, и среди них А. С. Пушкин, М. Е. Салтыков-Щедрин, Ф. М. Достоевский… Один этот список и приведённые цитаты вольно или невольно укрепляют нас во мнении, что глас народа глас Божий — мудрое и неоспоримо верное суждение.

Иногда в списке значится и англосаксонский богослов Алькуин. Ему даже приписывают авторство: он, вроде бы, первый сказал vox populi vox dei. Алькуин, действительно, высказался как-то по поводу означенного речения, только он в сильных выражениях опровергал его. Если богослов разумный, он не может не высказаться против ложной мудрости. А утверждение vox populi vox dei — именно ложная мудрость, которая возносит народ, что бы он ни творил, до божественного уровня, или, по иному, которая умаляет верховное божество до уровня людей со всеми их метаниями и сменой настроения. В иные времена за такое умаление обвинили бы в богохульстве, а то и в железа заковали, да и бросили в узилище…

Но ведь не обвиняли и не заковывали. Почему? Потому что многие и раньше, и сейчас пребывают в неуверенности: поговорка, похоже, библейская, и за то, что сказано в Библии, вроде как нельзя наказывать.

У поговорки, действительно, библейское звучание. Нам подбрасывают в качестве доказательства цитату, в которой вроде бы тот же смысл: «послушай голоса народа во всем, что они говорят тебе» [1 Цар 8:7]. Но не следует выхватывать слова из текста и переиначивать смысл, лишь бы доказать божественность народного гласа. На самом деле Иегова предлагал пророку Самуилу выслушать людей, которые требовали от него: «дай нам царя, чтобы он судил нас». Народ, выражаясь современным языком, требовал смены власти: были у нас во главе судьи, а пусть будут лучше над нами цари! Иегова объяснил Самуилу суть того, что происходит: «не тебя они отвергли, но отвергли Меня, чтоб Я не царствовал над ними». Так что пусть Самуил даст им царя, и пусть будет царское правление — как наказание жестоковыйному народу…

Среди авторов, упоминаемых в связи с поговоркой глас народа глас Божий, обратим внимание на Фаддея Францевича Зелинского: его упоминают, но, по-моему, мало кто удосужился выслушать, а что именно он сказал. Зелинский, знаток античной культуры, писал в работе «Древний мир и мы» (1905) о злоупотреблении поговоркой vox populi vox dei.

Отстаивая свою точку зрения, — по вопросу не богословскому, а учебному, — он пишет, что в полемике один человек оказывается неправ, если совокупность общества придерживается иного мнения. То есть, кого больше, те и правы. Просто потому что их больше. Зелинский приводит доводы со стороны большинства: «Разве можно допустить, чтобы общество ошибалось в решении таких насущных, так близко его касающихся вопросов? Не даром же и в пословице сказано: vox populi — vox Dei!» [2, 3]

Но уместно ли применять пословицу? — спрашивает Зелинский. И отвечает: «Я всё-таки не могу согласиться, чтобы вы к этой действительной или мнимой совокупности применяли пословицу о vox populi, так как против этого применения громогласно протестует история всех времён. Вспомните о том, как римское общество требовало на арену первых христиан, вспомните об остервенении общества против еретиков в Испании или против ведьм в Германии, вспомните о той единодушной поддержке, которую долгое время находили в обществе такие институты, как рабство негров в Америке или крепостное право у нас, — и вы согласитесь, что очень часто vox populi бывает поистине vox diaboli, а не Dei».

К этому перечню мы добавим исторические события, свидетелем которых Зелинский не был: остервенение русского общества против монархии и аристократов, охота на врагов народа в советском обществе, повальная травля евреев при Гитлере, единодушная поддержка коммунизма в Советском Союзе и нацизма в Германии…

Зелинский также подсказывал, где искать глас Божий: «Не в оглушительном крике, который так часто бывает выражением взбудораженных страстей, должны мы признать глас Божий, а в том тихом и бесстрастно повелительном голосе таинственной воли, который указывает человечеству пути его культурного развития» [2, 4].

Итак, Зелинский высказывался в том смысле, что в народных криках подчас звучит голос дьявола, а не Бога. И это смелое заявление. Потому что, даже если разумный человек в прошлом или настоящем не верит популярному речению, он, повторяю, сомневается и боится: стоит ли говорить что-то против, ибо в означенном речении — о Боге, и в нём — о народе, здесь оба понятия святые, и считается, что народ всегда прав, и лучшие люди отдавали свою жизнь за народ…

И я тоже не против народа. Я против того, чтобы голос народа уподобляли гласу Божьему. Вернусь к своему утверждению: ложная мудрость vox populi vox dei имеет некоторое отношение к Библии, но выражение это псевдо-библейское.

Просматривая церковные бумаги тысячелетней давности, я наткнулся на vox populi в документе, который был составлен — на средневековой латыни — летом 991 года. В городе Реймсе после интриг и борьбы новым архиепископом стал Герберт Аврилакский, но на улицах шумела толпа, высказывая своё несогласие и недовольство. При этом, как я понял, звучало требование, чтобы церковные и светские власти прислушались к народу, ибо: vox populi — vox Dei! В своём обращении к горожанам священнослужители объясняли, что утверждать подобное будет только тот, кто плохо знает и неверно понимает Писание: «non erat quippe vox Domini vox populi clamantis: Crucifige, crucifige» [3, 206]. Перевожу: «ибо не был глас Господа голосом народа, кричащего: распни, распни». Здесь уместно ещё раз вспомнить русскую поговорку: «Глас народа Христа распял».

На полях указанного обращения есть помета — на какое место в Библии ссылалась взбудораженная толпа, приспосабливая его к своим требованиям. Я впервые увидел чёткую и однозначную ссылку на первоисточник речения, которое стало популярной поговоркой, и которое, по-моему, как-то чрезмерно полюбилось именно в России. Так вот: следуя ссылке, открываем Ветхий завет и читаем указанный стих в Книге пророка Исаии: «Глас вопля от града, глас от храма, глас господа воздающаго воздаяние сопротивящимся» [Ис 66:6].

Кому принадлежит голос из города, чей это глас вопля? Давайте посмотрим не церковнославянский текст, а это же место в более понятном Синодальном переводе: «Вот, шум из города, голос из храма, голос Господа, воздающего возмездие врагам Своим». Здесь вообще нет людского гласа: сильный шум доносится из Иерусалима, он раздаётся из Храма (построенного царём Соломоном), — это голос Иеговы, наказывающего своих врагов. Если сравнить с Женевской Библией (1599 год), и там — только голос Господа: «A voice soundeth from the city, even a voice from the Temple, the voice of the Lord, that recompenseth his enemies fully». В 1871 году теолог Луи Сегон сделал новый перевод Библии на французский язык, и у него означенный стих не допускает двойного истолкования: громовой голос доносится из города и храма — это голос Предвечного, который воздаёт врагам своим то, что они заслужили: «Une voix éclatante sort de la ville, une voix sort du temple. C’est la voix de l’Éternel, qui paie à ses ennemis leur salaire».

Существуют давние толкования на книгу пророчества Исаии — понятно, более авторитетные, чем мои, но, по-моему, весьма отвлечённые. Выслушаем мнение богослова Ефрема Сирина: «Глас вопля от града, потому что окружили его враги; глас от храма, потому что вопиют или священники, возносящие молитву, или жители городов, которые, будучи теснимы врагами, прибежали туда с намерением найти себе убежище. Глас Господа воздающаго воздаяние сопротивящымся (Ис 66:6), воздающего нечестивым Иудеям и язычникам, которые дерзнули напасть на них прежде нашествия племени Гога».

В любом случае, кому бы ни принадлежал глас вопля от града, горожанам или Иегове, у пророка Исаии нет даже намёка на то, что глас народа есть глас Божий.

Что нас всё-таки смущает? Нас смущает вот что: в прочитанном стихе из Исаии прописано глас Господа, но в нём не прописано глас народа. Может быть, нужно ещё поискать — в других книгах Библии, в других богословских трудах? Может, всё-таки существует некое святое писание, где про народный голос буквально сказано: глас народа — глас Божий… Как-то не хочется расставаться с приятным заблуждением о том, что, собравшись толпой, мы будет кричать, вопить и своего требовать, а за нашими воплями, как это приятно, — воля Всевышнего!

Я несколько слукавил, пододвинув для прочтения русскую Библию, потом английскую и французскую. В обращении Реймского викарного епископа, в его прокламации об избрании архиепископом Герберта Аврилакского, ссылка на полях Vgl. расшифровывается как Vulgata latina, так что можно было сразу обращаться к латинскому тексту. Ни Женевской, ни Елизаветинской Библии в 991 году не существовало, тем более Синодального перевода.

И в латинской Библии мы находим vox populi — то, чего нет в других переводах: «Vox populi de civitate vox de templo vox Domini reddentis retributionem inimicis suis» [Is. 66, 6]. Значит, Иероним Стридонский, толковник, создавший Вульгату, считал глас вопля народным криком, он внёс в свой перевод слово populus (народ), которого не было в древнееврейском оригинале.

И что? Даже при таком своевольном изменении текста глас народа не приравнивается к голосу Господа. Как объяснить, что такое приравнивание произошло? Объяснение простое. На протяжении веков и в наши дни какие-то люди выхватывают из известных писаний и авторов слова, фразы и отрывки, которые нужны им для подтверждения своих теорий или достижения своих целей. В это же время другие люди выхватывают цитаты из тех же произведений для опровержения каких-либо теорий. Очень давно кто-то из маломысленных, а то и зломысленных выдернул из шестого стиха в последней главе Исаии слова vox populi и слепил со словами vox Domini из того же стиха, создав новую поговорку. Сия поговорка полюбилась, она вошла в обиход, её стали применять — в частности, для сведения счётов со своими политическими врагами. В 1327 году в Англии, во время междоусобиц и борьбы за трон, архиепископ Кентерберийский, зная о шумных выступлениях лондонцев против тогдашнего короля Эдварда II, произнёс зажигательную проповедь, в которой доказывал, что глас вопля на лондонских улицах является, по известному библейскому выражению vox populi vox dei, голосом Всевышнего, который требует лишить Эдварда королевской короны. А в другие времена претенденты на власть давали избирателям хоть какие обещания, а потом, когда оказывалось, что обещанное благополучие не наступает, недовольному народу напоминали: вы сами этого хотели, вы сами сделали выбор, вы сказали своё неоспоримое слово, в котором — высшая справедливость мира…

В 798 году богослов Алькуин, которого, судя по всему, раздражало маломысленное и напрасное затаскивание имени Божьего, в письме к Карлу Великому наставлял его: «Не слушайте тех, кто твердит, будто голос народа — голос Бога…» Кстати, с поучением Алькуина произошло то, о чём мы только что говорили: из него выдернули vox populi vox Dei, и до сих пор в некоторых английских и русских источниках утверждается, будто Алькуин первый отождествил глас народа с голосом Бога.

Привожу полностью высказывание Алькуина, дабы устранить употребление и распространение оной лжемудрости. Алькуин пишет: «Populus iuxta sanctiones divinas ducendus est, non sequendus: et ad testimonium persone magis eliguntur honeste. Nec audiendi qui solent dicere: Vox populi, vox Dei, quum tumultuositas vulgi semper insaniae proxima sit» [4, 199]. Что в переводе: «Согласно божественным заповедям, должно вести за собой, а не следовать за народом, и больше полагаться на свидетельства людей благородных. И не следует слушать тех, кто повторяет, будто голос народа — голос Бога, ибо шумливость толпы всегда сродни безумию».

Вместо vox Domini, как в латинской Библии, у богослова vox Dei. Что не меняет смысл его высказывания.

Есть множество осмысленных и остроумных речений, к ним и следует обращаться для украшения своей речи и своих литературных опытов, но, как сказал бы библейский автор: удерживайте язык свой от утверждения, будто глас народный — это глас Божий. Ибо слишком много берёт на себя человек со своей мудрой поговоркой, приравнивая свой голос к голосу того, кого почитает своим создателем.

 

ЛИТЕРАТУРА

 

  1. Жуков В. П. Словарь русских пословиц и поговорок. М., 1991. – 534 с.
  2. Зелинский Ф. Ф. Древний мир и мы. В сб. Из жизни идей, т. 2. СПб., 1905. – 349 с.
  3. Monumenta Germaniae Historica, Die Briefe der Deutschen Kaiserzeit, II Band (Die Briefsammlung Gerberts von Reims). Weimar, 1966. – S. 286.
  4. Monumenta Germaniae Historica, Epistolarum tomus 4 (Epistolae Karolini aevi). Berlin, 1895. – S. 639.