Мясников Андрей Геннадьевич. Современное философское осмысление сказки А.С. Пушкина «О рыбаке и рыбке»

Мясников Андрей Геннадьевич

Пензенский государственный университет

доктор философских наук, профессор кафедры

методологии науки, социальных теорий и технологий

Myasnikov Andrej Gennadjevich

Penza State University

PhD, of the professor of chair

methodologies of science, social theories and technologies

E-Mail: myasnikov-g@mail.ru

УДК – 177

 

Современное философское осмысление сказки А.С. Пушкина

«О рыбаке и рыбке»

 

Аннотация: В статье представлен современный системный анализ известной сказки А.С. Пушкина «О рыбаке и рыбке», с помощью которого выявлены четыре проблемные ситуации: «бедность», «покорность», «расколотое сознание» и «искушение». Философское осмысление этих проблемных ситуаций позволяет увидеть их практическую важность для человеческой жизни.

 

Ключевые слова: Пушкин, сказка, матрица традиционного сознания, проблемная ситуация, расколотое сознание, порядок природы

 

Modern philosophical comprehension of the fairy tale of A. S. Pushkin

«About the fisherman and a small fish»

 

Abstract: In the article the author deals with the modern system analysis of the famous fairy tale of A. S. Pushkin «About the fisherman and a small fish» by means of which four problem situations are revealed: «poverty», «humility», «the split consciousness» and «temptation». Philosophical judgment of these problem situations give a chance to see their practical importance for human life.

 

Key words: Pushkin, the fairy tale, a matrix of traditional consciousness, a problem situation, the split consciousness, the order of nature

 

Вступление

 

Сказки А.С. Пушкина дают философам и другим специалистам-гуманитариям замечательный образец русского архетипического сознания, в котором представлены многие жизненно важные смыслы и проблемные ситуации, возникающие перед каждым поколением россиян [3].

Философский подход к анализу сказок предполагает определённую методологию, позволяющую увидеть в художественных образах скрытые, неявные смыслы и показать  их существенное значение для нашей жизни. Ведь сказка предназначена учить практическому поведению, она даёт правила-предписания, образцы для подражания [5]. Если же мы выявляем в ней новые смыслы, то тем самым производим некоторую переоценку, трансформацию этих правил и образцов поведения, а значит, расширяем морально-практические возможности человеческой деятельности.

Практическая философия не случайно обращает внимание на самые известные и популярные сказки, которые задают привычные модели поведения для наших современников. Обнаружение и раскрытие новых смыслов способно разнообразить прежние модели поведения, осовременить их и увидеть новые перспективы и возможности решения проблемных ситуаций.

Итак, перейдём к нашей сказке «О рыбаке и рыбке». Это действительно «наша» сказка, на которой воспитывалось уже несколько поколений россиян. Мы любим её, и хотим понять в ней что-то ещё, может даже додумать за «нашего» великого автора.

По моему мнению, эта сказка является мудрым предупреждением Пушкина людям, прежде всего, своему русскому народу,  всем мужчинам и женщинам, пожелавшим жить вместе, в одной семье, а также каждому человеку, сознающему внутренний конфликт своего ума и чувственных желаний. Потребность в предупреждении возникает именно в таких проблемных ситуациях, когда нарушается равновесие или баланс сил, что неизбежно ведёт к конфликтам и несчастьям. Не гармоничная жизнь не может не беспокоить наш разум, и он будет искать причины и способы устранения такой дисгармонии, – это и будет жизненным, практическим философствованием, к которому мы приступаем вместе с Пушкиным

 

 

Смысловые уровни сказки и проблемные ситуации

 

Чтобы увидеть новое в этой сказке я предлагаю выделить в ней 4 уровня, которые соответствуют структуре русского традиционного сознания или так называемой русской Матрице [6]:

Первый  – религиозно-метафизический;

Второй – морально-психологический;

Третий – социально-политический;

Четвёртый – социально-родовой.

На каждом из этих уровней происходит некоторое нарушение равновесия или дисбаланс сил, ведущий к конфликту и несчастью. Так, на первом уровне происходит безумное богоборчество, попытка человека стать Богом и подчинить себе всё сущее. На втором уровне происходит конфликт внутренних способностей человека: мышления и желаний. На третьем уровне просматривается разрыв между всесильной, абсолютной властью и бесправным народом, а на четвёртом уровне – семейный конфликт между мужем и женой, между мужским и женским началом человеческой природы.

Все эти уровни тесно переплетены между собой и в сказке, и в реальной жизни, потому обращаясь к одному из них, необходимо выходишь и на другие. При этом сюжет сказки разворачивается в обратном порядке: от социально-родовых, семейных отношений («Жил старик со своею старухой у самого синего моря») до религиозно-метафизического богоборчества («Не хочу быть вольною царицей, хочу быть владычицей морскою»).

 

1

 

Первой проблемной ситуацией нашего философского осмысления будет неспособность мужа («старика») обеспечить материальное благополучие своей семьи; нищенское состояние этой семьи символизирует «разбитое корыто». В таких скудных жизненных условиях неизбежен конфликт  между мужем и женой, а тем более в ситуации, когда старик отказался от возможности выйти из такого нищенского состояния (отказался взять выкуп с рыбки).

Почему «старик» сам не сообразил что-то попросить у волшебной «рыбки»? По всей видимости, он не был нацелен на улучшение своего материального состояния – его всё устраивало. Да, и к тому же, он мог реально испугаться волшебства («говорящей рыбки»), и не решился что-то спрашивать и просить.

«Старик» демонстрирует крайнюю воздержанность, полный аскетизм в желаниях, которые соответствуют традиционному православному мировоззрению. Не случайно, что большинство современных россиян считают деньги, власть и гордость злом, а ведь именно они стимулируют интерес к материальному благополучию и независимости[1]. Если же эти ценности признаются греховными, злыми, то человек не будет испытывать к ним доверия, почтения, и не будет к ним стремиться. Старик также понимает, что в феодально-крепостном обществе деньги и власть принадлежат лишь «господам», а простые холопы не должны на них претендовать.

Эту проблемную ситуацию, которая представляет собой социально-родовой уровень традиционного сознания, мы можем обозначить как ситуацию «Бедности», и связанных с ней жизненных проблем.

 

2

 

Вторая проблемная ситуация, возникающая на социально-политическом уровне осмысления сказки, связана с вопросом «что такое свобода?», и предполагает рассмотрение «многомятежного хотения» людей (Иван Грозный) как состояния между рабской покорностью и вседозволенностью.

В образе «старика» мы можем увидеть «безмятежную целостность духа», ту самую внутреннюю самодостаточность, которая делает человека как бы неуловимым для мира. Любой тиран или авторитарный правитель мог бы только мечтать о таких послушных и безропотных подданных, совершенно не интересующихся деньгами и властью.

Тогда возникает вопрос: можно ли считать «старика» свободным? Вроде бы внутренне он свободен, самодостаточен, безмятежен, но ему не даёт покоя «его старуха», он вынужден подчиняться ей, а значит, его внешнее поведение вовсе не свободно, ведь он с неохотой выполняет её указы. Его рабская покорность вызывает сочувствие и жалость, но за этим послушанием хочется видеть какую-то высшую мудрость, типа стоического осознания необходимости или христианского «непротивления злу», и хочется верить, что он делает это не напрасно и не по своей мягкотелости. Хотя итог сказки не даёт нам ясности: правильно ли поступал старик?

Некоторые интерпретаторы этой сказки полагают, что поведение «старика» соответствует мудрому принципу «Кто меньше всех возжелает, тот больше всех обретет», но он почти ничего не хотел и ничего не получил в итоге.

 

3

 

Морально-психологический уровень понимания сказки выводит нас к третьей проблемной ситуации, а именно к соотношению внутренних способностей человеческой души.  Так,  «старик» не хочет ничего менять, ему нужен только «покой». Он не имеет других желаний, его воля очень слаба или почти отсутствует, поэтому его поведение полностью подчинено чужой воле – воле «старухи», которая является его второй половиной.

«Старик» ясно понимает законы этого мира, он воплощает собой «чистый ум» (с психоаналитической точки зрения – Эго): он как стоик, аскет почти безропотно принимает данность этого мира, его чёткий, неизменный порядок, и не противится ничему, ни с кем не спорит, а лишь выполняет пожелания и повеления других лиц. Это похоже на мудрость, но почему-то его жалко, и сам автор называет его «невежей», не знающим «науку» о том, что не нужно садиться не в свои сани. В данном случае поэт говорит от имени народа, и это мнение оказывается моралью сказки [2].

Но почему эта мораль обращена к «старику», а не  к «старухе»? Наверное, потому что он должен её научить, т.е. обуздать её «безумные», неограниченные желания. Для этого он должен проявить свою волю, и подчинить себе «старуху».  Говоря кантовским языком,  чистый разум должен стать практическим, самодеятельным, самовластным. Но чтобы стать таким «старик» должен что-то понять, и не случайно сказка возвращает нас к «разбитому корыту», к исходному состоянию: чтобы начать жить  снова, опираясь на полученный горький опыт, на «науку».

Что же должен усвоить «старик», чтобы его жизнь со «своей старухой» была счастливой, чтобы была довольна её душенька? Ведь он не может без неё, как человеческий ум не может быть без желаний, без чувств и эмоций. Для счастливой, гармоничной жизни человеку необходимо согласие между умом и хотениями. Для этого ум должен быть деятельным, т.е. ясно знать и хотеть, а желания должны стать осмысленными, рациональными, упорядоченными. Иначе непрерывный кризис: бездеятельный ум обречён на многочисленные беспокойства и постоянные телесные страдания, а безудержность чувств и желаний приводит к ещё большим страданиям и потерям.

Понимание необходимости единства ума и желаний является взрослением человека и общества, выражением роста степени самостоятельности, увеличения человеческих возможностей. При этом растущая рационализация жизни, по мнению Макса Вебера, ведёт к гармонизации личностного самосознания и социальных отношений [8].

Итак, в сказке задаётся архетипическая модель человеческой личности:

«Старик» — это чистый, созерцательный Ум.

«Старуха»  — это неразумная, беспокойная Душа = Желания.

Нужно обратить внимание на ключевую проблемную ситуацию сказки – на перевёрнутость иерархии Ума над Желаниями; тем самым нарушается естественный порядок  отношений, что и приводит к дезорганизации жизни данной системы, к упадку (обнулению), символом которого становится «разбитое корыто»

Образ «разбитого корыта» наглядно показывает разорванность внутри человека, внутренний раскол между бездеятельным, безвольным умом и неразумными, неограниченными желаниями души (от корыстолюбия до властолюбия), и вместе с тем внешний раскол между мужчиной и женщиной, мужем и женой, которые не могут вместе обрести счастья, удовлетворённости и гармонии в жизни [7].

 

 

 

Пассивный, созерцательный Ум («старче» — почти восточный мудрец) не может подчинить томящуюся желаниями и страстями Душу, которая считает свой Ум, свою вторую половину – «дурачиной, простофилей», не способным обеспечить жизненное благополучие, семейное счастье[2]. И «старуха» права, упрекая своего «старика» в том, что он «дурачина, простофиля», не заботящийся о благополучии своей семьи, не беспокоящийся о том, что даже выстирать грязное бельё не в чем – корыто ведь разбито.

Таким образом, «разбитое корыто» символизирует раскол между наивным, незаинтересованным, бескорыстным Мышлением и  корыстными Хотениями – естественными человеческими желаниями, которые стремятся к неограниченному обладанию.

Пушкин замечательно показывает безудержный рост желаний «старухи» (души, отколовшейся от своего ума) как растущий разрыв со своим «стариком» — умом:

  • «разбранила меня моя старуха» — явно выраженный конфликт интересов
  • «ещё пуще старуха бранится», «сварливая баба» – усиление этого конфликта
  • «пуще прежнего старуха вздурилась» – отступление от ума
  • «белены объелась», «опять моя старуха бунтует» – отказ от ума
  • «ещё пуще старуха вздурилась» — безумное богоборчество.

«Что мне делать с проклятою бабой…?» – этот первый практический вопрос старика, обращённый к рыбке, вернул всё к исходному началу.

Как наглядно показывает сказка, разрыв Души со своим Умом грозит страшным безумием для «старухи» и осмысленным признанием своего безволия (практического «невежества») со стороны «старика». Ведь только в самом конце он обращается к рыбке за практическим советом «что мне делать…?», тем самым признавая своё «невежество» — бессилие. Простофиля не знает сам, что ему делать, ему всегда нужны указания или приказы, поэтому он не может обойтись без своей приказчицы.

Выходит, что в этом разрыве виноваты обе стороны: и безвольный, созерцательный Ум, и неразумная Душа. Обе оказываются виновными в своём расколотом состоянии, и в итоге – в своей немощности, бессилии и обречённости всё начинать с нуля, с «разбитого корыта».

 

4

 

Теперь мы можем выйти на религиозно-метафизический уровень понимания сказки, который открывает проблемную ситуацию Искушения властью-могуществом.

Когда мы подступаем к этому смысловому уровню, то должны обратить внимание на явный христианский мотив 33-летия совместной жизни старика со старухой («Они жили в ветхой землянке ровно тридцать лет и три года»). Этот христианский мотив предполагает, что герои сказки должны испытать себя дьявольским искушением властью-могуществом.

«Старик» (чистый разум) сразу преодолевает это искушение, отказываясь от выкупа золотой рыбки, а «старуха» (неразумная душа) испытывает его сполна. По сути, это и было искушение именно для неё – потенциально мятежной, страстной и желающей души человеческой.

Так, с точки зрения здравого смысла и обычной морали мы можем упрекать «старика» в безволии и холопской послушности, а с позиции христианского вероучения он проявил величайшее смирение, отречение от мирских благ и может вызывать уважение к своей нечеловеческой премудрости.

При этом «старуха» (его вторая половина) даёт нам пример  страстного, почти безумного искушения властью-могуществом, доходящего до богоборчества. Хотя Пушкин и не решается прямо сказать, что, в конечном счете, она хочет стать Богом, эта идея ясно выражена в немецкой сказке братьев Гримм «О рыбаке и его жене» (1812 г.), сюжет которой был использован русским поэтом для своего шедевра [1]. Гриммовская старуха заявляет: «хочу я стать богом!», чтобы повелевать Луной и Солнцем [4].

Пушкин смягчает эту богоборческую  амбицию «старухи» до желания повелевать «золотой рыбкой», но смысл искушения от этого не меняется. Желание человека стать Богом  противоестественно, ведь человек не в силах изменить свою природу и природу вещей, потому эти попытки обречены на неудачу, которая и будет наказанием за гордыню.  К тому же властолюбивые стремления «старухи» ломают традиционный иерархический уклад российского самодержавного господства, передаваемого по наследству. Её амбиции могут быть заразительны:

– Видите ли, захотела стать «вольной царицей», а потом ещё и «владычицей морской», которая уже выше царской власти. Это же бунт!

За такое нарушение традиционной властной иерархии должно быть суровое наказание, но сказка лишь возвращает главных героев к исходному началу. Можно ли это считать наказанием? В отношении «старухи» – несомненно, ведь она так высоко вознеслась, а в отношении «старика» – не очень понятно, ведь даже корыто у него снова разбито и его нужно делать или покупать. Они возвращены к жалкому началу, а вместе с ними и мы переживаем эту поучительную драму, и обдумываем её причины.

 

Заключение:

 

Итак, мы рассмотрели 4 проблемные ситуации в сказке «О рыбаке и рыбке», и теперь можем  их упорядочить и обобщить:

  • ситуация «Бедность»;
  • ситуация «Покорность»;
  • ситуация «Расколотое сознание»;
  • ситуация «Искушение».

Каждая из этих ситуаций может получить отдельное объяснение, но именно в системной связи они показывают глубину и масштаб сказочного предания, гениальность автора и великолепие русского языка. Эта выявленная системная связь позволяет современным исследователям видеть сложную целостность традиционного архетипического сознания, и вместе с тем по-своему использовать проблемные ситуации для решения современных теоретических и практических задач.

Теперь мы можем дать своё философское разъяснение пушкинского предупреждения, о котором говорили в начале статьи.

Бедность (материальная и умственная) парализует желания человека и склоняет к рабской покорности; отказ от личной свободы ведёт к внутреннему расколу между умом и чувствами, который порождает неудовлетворённость жизнью и разные конфликты; неудовлетворённое рабское сознание легко попадает в искушение неограниченной власти и пытается перевернуть весь мировой порядок; бунт человека против порядка природы даёт горький опыт и возможность начать всё с начала, обогатившись знаниями, опытом; а  это даёт надежду на то, что новый жизненный цикл будет интереснее и счастливее.

 

Список литературы:

 

  1. Азадовский М. К. Источники сказок Пушкина // Пушкин: Временник Пушкинской комиссии/ АН СССР. Ин-т литературы. – М.: Л.: Изд-во АН СССР, 1936. – Вып. 1. – С. 134-163.
  2. Винарская Е. Н., Анюхина А. Художественные образы сказки А.С. Пушкина о рыбаке и рыбке // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. Выпуск № 2. 2003. – Воронеж. С. 35-42.
  3. Гагаев А. А. Русская цивилизация и фольклор. Мир сказки: Монография – М.: Инфра-М, РИОР. 2014. 202 с.
  4. Гримм Я., Гримм В. О рыбаке и его жене // Режим доступа/ http://hobbitaniya.ru/grimm/grimm19.php (дата обращения: 11 февраля 2017 г.)
  5. Кассирер Э. Философия символических форм: В 3 тт. Т.2. Мифологическое мышление / Пер. с нем. С. А. Ромашко. – М.– СПб.: Университетская книга, 2002. С. 120-145.
  6. Мясников А. Г. Современные трансформации традиционного сознания в России: распад или обновление? // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. — № 3, 2013. С.44-56.
  7. Сикевич З. В. Расколотое сознание как отражение расколотого общества // Режим доступа / http://vif2ne.org/nvz/forum/archive/137/137971.htm (дата обращения: 11 февраля 2017 г.)
  8. Хабермас Ю., Тягунова Т. Теория рационализации Макса Вебера // Социологическое обозрение. – № 3. Т.8. 2009. С. 37-60.

 

 

 

 

[1] См.: Мясников А.Г. Деньги – это зло? // Режим доступа: http://sofia-pnz.ru/?p=762 (дата обращения: 11 февраля 2017 г.)

 

 

[2] Как отмечает И. Кант  в своей «Антропологии», простофилей обычно называют человека, который «всегда нуждается в руководстве». См. Кант И. Антропология с прагматической точки зрения // Сочинения. В 8-ми т., Т.7., М., 1994. С. 155.

233 просмотров всего, 11 просмотров сегодня